Конкурс

Внимание, конкурс! “Великолепная четверка!”

Четверо корреспондентов “Солидарности” получили задание - не раскрывая принадлежности к профессии вступить в партию, и в свободное от работы время принять активное участие в партийной жизни. Четыре активные политические партии стали объектами исследования наших журналистов на тему: “Член партии”. Итоги работы перед Вами. Но поскольку публикация совпала по времени с предвыборной кампанией по выборам в Государственную Думу, то мы в соответствии с законодательством убрали из текстов названия партий и фамилии партийных лидеров, а заодно решили объявить конкурс среди наших читателей.

Узнаете партию - получите приз!

Из лучших знатоков политической жизни страны, первыми узнавших в опубликованных текстах все четыре партии, будет выбран победитель, который и получит от редакции приз - ТЕЛЕВИЗОР ценных пород!

Итоги конкурса будут подведены 10 декабря и опубликованы в газете. Ваши ответы с указанием - какая партия в каком материале описана? - присылайте по почте в редакцию с пометкой “Великолепная четверка!” до 1 декабря.


ПАРТИЯ ДЛЯ ПОЛУНОЧНИКОВ

Вступить в партию я никак не могла. Все какие-то дела набегали - то одни, то другие. Когда я поняла, что откладывать больше нельзя, было уже поздно... Почти полночь. Однако мою решимость это не поколебало.

К моему удивлению, в офисе ... мне ответили. Вежливый мужской голос прежде всего поинтересовался, откуда я звоню - не из региона ли? Услышав отрицательный ответ, он тут же рассказал о московском кураторе и дал его номер. Вежливому голосу, по всей видимости, было скучно - несколько раз он объяснил, куда звонить, и даже дал добавочный номер. Словоохотливый дежурный рассказал, что справочная служба работает круглосуточно: ... оказалась партией для патриотов и полуночников.

На следующий день я еще раз позвонила в офис - правда, уже днем. Куратор организаций Московского региона Александр Юрьевич очень радушно рассказал, что найти их офис легко, и посоветовал прихватить с собой паспорт. “Дубликат бесценного груза” я, к сожалению, принести не могла, накануне отдала его в ОВИР. Оказалось, что вступить в партию можно и без паспорта - были бы паспортные данные.

Однако в заветный офис я попала не сразу. Александр Юрьевич несколько раз переносил нашу встречу, добродушно объясняя: “Я бы с большим удовольствием с вами увиделся, но вот сегодня - раз, навернулось, и все!”

Наконец долгожданный день настал. Минут пять я перешагивала ржавые трубы, которые валялись возле здания Минюста, где сидели партийцы, и искала вход. Нашла. На проходной охранники в зеленой форме потребовали мои документы. “А я в партию вступать!” - дрожащим голосом промямлила я, протягивая пропуск во Дворец труда профсоюзов. Других документов с фотографией у меня не было, а на пропуске черным по белому значилось: “Корреспондент центральной профсоюзной газеты “Солидарность”. Так что причин волноваться - а вдруг “легенду” раскроют? - было предостаточно.

К счастью, охранники оказались беспартийными. На мое “Почему?” они пояснили: “Да не агитирует нас никто. Просто все мимо ходят”. “И много ходят?” - не унималась я. “Много-много”, - с улыбкой ответили мне. Напоследок добрые дежурные пожелали мне удачи и попросили рассказать про “лапшу, которую на уши будут вешать”.

Само вступление в партию заняло ровно три минуты - время, нужное для заполнения заявления. Правда, перед этим меня спросили, зачем я хочу пополнить ряды .... Этого вопроса я очень боялась: горячего патриотизма я, как ни старалась, у себя не нашла и поэтому храбро ринулась в бой: “На вашем сайте в Уставе я прочитала, что партия выступает против межнациональных конфликтов и религиозной розни. Это мне понравилось. И потом, - тут я улыбнулось самой кокетливой улыбкой, на которую была способна, - мне ... очень симпатичен как мужчина. Ну и как политик, разумеется”.

“Да, - ответил мне Александр Юрьевич, - ... к межрегиональным конфликтам очень щепетильно относится. Никогда в России во главу угла не ставили религии, а тут раз - и пошли конфликты”. Сам ... с многозначительной лисьей улыбкой смотрел на меня со стены. Рядом висела карта Москвы, утыканная значками с партийной символикой по месту расположения штабов.

Заявление было самым что ни на есть обыкновенным: “С Уставом и Программой ознакомлен, обязуюсь их выполнять, в других политических партиях членом не состою”. Пока я переписывала паспортные данные, господин за соседним столом возмущался: “Предвыборная кампания еще не началась, а нас уже давят, как тараканов!” - “Не давят - пытаются раздавить, - возражал ему наголо бритый крепыш в сером костюме. - Нас не раздавят!” - “Не знают, что ли, кто во главе партии, - продолжал его собеседник. - Есть кому народ защищать! Ни одного своего человека не сдадим!”

Обрадованная, что в случае чего меня “не сдадут”, я отдала заполненное заявление. Александр Юрьевич пометил его желтым маркером и попросил позвонить через десять дней. На вопрос, как именно я могу поучаствовать в партийной жизни, куратор мне ответил: “Вот официально откроется предвыборная кампания, получим разрешение в Минюсте, тогда работа и начнется”.

Работы, по словам Александра Юрьевича, предстояло много: митинги, демонстрации, сбор подписей и “два больших мероприятия”. Какие именно, куратор не уточнил. “Чтобы Московская область не перебила”, - пояснил он, с улыбкой кивая в сторону “никого не сдававшего”. Зато выяснилось, что партии в Москве нужно собрать 14,5 тысячи подписей. На один округ, таким образом, приходится около полутора тысяч, а на район - порядка 150. “За всеми подписями должны стоять реальные люди, - предупредил меня Александр Юрьевич. - Между прочим, сбор подписей - это оплачиваемая работа”. Каковы партийные расценки, куратор не уточнил - в эту самую минуту зазвонил телефон, и со мной попрощались. Захватив “Устав” и “Социальную стратегию” партии, я откланялась. Вслед мне “из угла Московской области” неслись знакомые причитания: “Господи, все прожито, все проворовано...”

Валентина ХИЦ

МНОГО - НЕ МАЛО

Получив еще в середине лета от начальства задание вступить в партию ..., я решил пойти простым путем и не удаляться от места жительства. Нашел в Интернете координаты Московской городской организации партии, затем - телефон своей окружной организации и вскоре вышел на главу отделения партии в своем родном районе - Эдуарда Константиновича ... . Особого труда это не составило.

Первым делом (еще по телефону, до личного знакомства) Эдуард Константинович бодро осведомился, один ли я хочу пополнить собою ряды или нас таких несколько. Услышав о том, что имеет дело с энтузиастом-одиночкой, он слегка приуныл и посоветовал мне все-таки побудить к вступлению еще хоть кого-нибудь - соседей, родственников, друзей-приятелей. Я осторожно заметил, что вступить-то уже почти готов, но хотел бы все же ознакомиться с условиями приема и уставом партии. Глава отделения порекомендовал мне заготовить цветную фотографию размером “четыре на шесть”, попросил перезвонить ему домой вечером следующего дня и затем назначил мне встречу в своем офисе на ближайший понедельник.

В помещении, располагавшемся на первом “офисном” этаже обычного жилого дома, было уютно, но скромно. Три небольших комнатки, множество агитационных материалов, недорогая и неновая оргтехника. Эдуард Константинович, интеллигентный пожилой человек с проницательным взглядом, встретил меня радушно и предложил располагаться.

Я сразу перешел к делу. Выяснилось, что вступить в партию очень просто. Ничьих рекомендаций не нужно, никаких испытательных сроков и кандидатских минимумов нет. Было б только желание. Написал заявление, заполнил анкету. После этого данные на вступающего отсылаются в ЦК партии. Там проверяют их достоверность, вносят в базу данных - и принимают вас в ряды.

- А когда партбилет-то можно получить, сколько придется ждать?

- Хороший вопрос, - тонко улыбнулся Эдуард Константинович. - Пока мы отошлем, а там проверят - не меньше месяца пройдет. Как только пришлют - я вам позвоню, и приходите получать. Тогда и заплатите взносы - пять рублей в месяц. Желательно сразу заплатить за весь текущий год.

Здесь он сходил в соседнюю комнату и принес показать для образца несколько партбилетов, пока что не востребованных их владельцами. Документ был очень похож на кредитную карточку (только с фотографией) для электронных денежных расчетов. И потому вызывал большое уважение.

Я сразу же решил, что вступать надо немедленно: чем раньше заполнишь бланки, тем раньше получишь партбилет и втянешься в партийную жизнь. Быстренько написал заявление с обязательством не состоять в других политорганизациях, разделять и признавать программу, цели и задачи партии, соблюдать устав партии, который мне был тут же продемонстрирован. Последним пунктом заявления стала просьба прикрепить меня для участия в деятельности партии к отделению по месту жительства.

Затем я отдал фотографию и заполнил достаточно краткую анкету вступающего (паспортные данные, телефон, образование, сфера деятельности, социальная категория). Чтобы отбиться от расспросов, где я работаю, планировалось придумать целую легенду, ибо представляться журналистом, скорее всего, было бы неразумным. Впрочем, в итоге я остановился опять-таки на самом простом варианте - назвать одну из своих прежних профессий (корректор в издательстве). Это очень удобно, ведь фактически говоришь правду - все дело лишь во временных координатах, а время, как известно, величина относительная.

Оказалось, что указывать место работы совершенно необязательно, и это избавило меня от необходимости кривить душой в письменном виде. Мой собеседник заговорил о проблемах вверенной его заботам партячейки. И почему-то я подумал, что своего партбилета мне придется ждать куда дольше месяца. Оказалось, что в нашем районе в партию вступают с неохотой, и преимущественно - пожилые люди. (Инициативных очень мало.) Поднять их на участие в каких-то мероприятиях удается с большим трудом - приходится лично обзванивать и уговаривать. И большинство, тем не менее, норовит увильнуть. Собеседник рассказал о множестве мероприятий, проводившихся под эгидой партии, - в основном общегородских, но и районных тоже. Правда, рассказ шел в сугубо прошедшем времени. Ведь сейчас лето, и мероприятий мало, а вот с середины сентября начнется...

Что именно начнется, нам обоим было ясно и по умолчанию. Я тут же сообщил, что в принципе на подъем тяжеловат, однако выполнять партийные поручения, участвовать в общественной работе и вообще помогать людям готов. Большого энтузиазма мое заявление не вызвало, потому что в этот момент собеседник заговорил о своих собственных трудностях. То ли в шутку, то ли всерьез он сказал, что рискует получить по партийной линии выговор с занесением в личное дело, ежели к 25 августа не обеспечит существенный рост партийного членства в своем районе. Невзирая на отпускной период. Потому как головная организация существующим положением дел очень недовольна.

Хотелось как-то помочь человеку, и я спросил, могу ли быть полезен чем-нибудь. Выяснилось, что полезнее всего все-таки поагитировать окружающих за вступление: чем больше, тем лучше. Я осторожно пообещал. Но тон мой не внушил доверия.

- Надо, надо привлекать, - настойчиво продолжал Эдуард Константинович. - У меня вот вся семья в партии. А как иначе? Надо - значит надо. Вот если б вы мне, скажем, к следующему четвергу человек десять привели... Есть же разница - или мне с одним человеком возиться, или данные на целую группу отправить! Молодых, активных людей у нас мало... Вот вы пришли к нам вступать - я же вас не спрашиваю, почему. Видимо, есть причины. Чем еще помочь?.. Ну, вот вы где работаете?

- В издательстве.

- В каком?.. Кем? Корректором... Ну, вот у нас с бумагой А4 проблемы - могли бы принести?

...Эдуард Константинович позвонил мне уже через восемь дней и поинтересовался, каковы успехи по части привлечения “рекрутов”. И я понял, что про десять человек к четвергу он говорил вполне серьезно и весьма на меня в том надеялся. Услышав ответ, он перешел на начальственно-доверительный тон:

- Да ты прикажи, и все!

- Вот так просто взять и приказать? Знаете, у нас в семье все-таки у каждого свои убеждения и все такое...

- А как иначе? Я вот своим сказал: надо, и все! И все вступили. Как там с бумагой?..

- Я постараюсь.

- Тогда к концу недели жду твоего звонка с хорошими новостями. Всех благ.

Звонить в конце той недели я не стал - похвастаться было нечем. От него звонков тоже не было. Ни разу. И позвонил я в День города - все-таки началось самое урожайное на мероприятия время. Поздравил его и насчет сроков вступления напомнил.

- Сие от меня не зависит, - был ответ. - Я со своей стороны все сделал и все данные отослал. Как только будут какие-то результаты - я сразу уведомлю.
Разговор не клеился, и мы попрощались.

Вадим БАРАБАНОВ

КАК Я В ПАРТИЮ ВСТУПАЛА

В предвыборную пору деятели многочисленных российских партий громогласно призывают народ вступать в свои ряды, своими руками вершить дела на благо Родины. О том, как встречают новобранцев в партии ... и какая работа их ожидает, корреспондент “Солидарности” Наталья КОЧЕМИНА узнала на собственном опыте, встав на учет в областном отделении партии. Оказалось, что вступить в ... совсем не трудно, а вот для того, чтобы посодействовать “благу Родины” и получить партзадание, нужно проявить завидную настойчивость. Активные партийцы нужны далеко не каждой организации.

ШАГ ПЕРВЫЙ

Адрес московского городского отделения партии ... я нашла по Интернету. Но, позвонив по указанному там телефону, узнала, что мне, как жителю ближайшего Подмосковья, нужно обращаться в региональный областной отдел. Дальше все было просто: я снова позвонила, выяснила местонахождение нужного мне отдела и отправилась по указанному адресу, чтобы пополнить ... ряды. Особых документов для этого действа не потребовалось, только паспорт и фотография анфас.

Вступление в партию началось с почти часового ожидания в пустом зале. За это время я успела пролистать две рекламные газеты и уже было принялась за чтение карманного детективчика, когда наконец-то меня нашли. Полная дама средних лет, представившись Тамарой Васильевной, пригласила меня на собеседование в кабинет. Я уже приготовилась к допросу с пристрастием, вспомнив, как много лет назад вступала в комсомол, но ничего такого не произошло. Я просто рассказала о себе и объяснила свое решение вступить именно в ....

Отвечая на вопросы Тамары Васильевны, мне даже и придумывать ничего не пришлось. Сказала, что работаю учителем (это моя профессия), что доросла до тех лет, когда вроде пора занимать активную социальную позицию. Лидера ... впервые заметила еще в 96-м, во время выборов Ельцина в российские президенты. Чем привлек? Молодой, образованный, грамотный политик и, как мне показалось, не лгал о своих намерениях изменить ситуацию в России к лучшему. Хотела вступить в партию еще тогда, но мучили сомнения: а надо ли мне это? Теперь вот решилась.

Больше вопросов не было. Меня проводили все в тот же зал, где за длиннющим столом я заполнила две бумаги - заявление о вступлении в партию и учетную карточку. Вопросы в карте учета ничем не отличались от тех, на которые мне уже пришлось ответить. Вдобавок я должна была указать, какой работой хотела бы заниматься, став партийной. Профессия учителя дает некоторый опыт общения с людьми, поэтому я выбрала именно этот вариант - агитация населения.

На этом процесс приема был закончен, даже уплаты партвзносов с меня не потребовали. Тамара Васильевна приклеила мою фотографию на один из бланков и сообщила, что мне позвонят через три дня. Когда я потребовала рассказать, чем же я буду заниматься в партии, дама объяснила, что в моем городе ... всего четыре человека, собрания у них еще не было. Вот когда будет известно поточнее, она мне обязательно позвонит, мы соберемся, выберем председателя нашего отделения и распределим обязанности. Дело за малым - дождаться звонка.

ШАГ ВТОРОЙ

Прошло чуть больше месяца, мне никто не звонил. “Скоро же выборы”, - подумала я и набрала заветный номер областного отделения .... Тамару Васильевну к телефону, конечно, позвали, но ничего вразумительного она мне ответить так и не смогла. После этого разговора я почувствовала себя какой-то сумасшедшей фанатичкой, которая назойливо навязывает свою персону занятым людям...

На все вопросы о моей возможной работе в ... дама усталым голосом отвечала, что пока ничего не известно. Собрания в моем городе еще не было, вот когда будет, тогда мне и позвонят. “Но ведь месяц прошел, и мне никто так и не позвонил!” - слегка возмутилась я. На что в ответ услышала: “Не волнуйтесь, девушка. В партию мы вас приняли, корочки партбилета получите через два-три месяца, у нас раньше никому не дают. А на счет работы - я вам позвоню в конце сентября”.

ШАГ ТРЕТИЙ

Такое отношение к партийному новобранцу показалось мне более чем странным. Я же решила не отступать и обратилась за разъяснениями в московский отдел .... Девушки из организации направили меня к некоей Ольге, которая, по их словам, обязательно ответит на все мои вопросы. Так и оказалось. Я рассказала Ольге о своем неудачном дебюте в областном отделении, чем очень ее удивила.

Оказывается, вся работа для членов партии начинается 12-15 сентября, так что непонятно, почему мне обещали бурную деятельность в конце месяца. Это - во-первых. Во-вторых, перед тем как написать заявление, я должна была ознакомиться с партийным уставом. Не было такого. Ну и, в-третьих, есть две формы деятельности в партии - активная и пассивная. Отличие вот в чем: пассивные ... вступают в партию, встают на учет, но не регистрируются. На партийных собраниях они имеют только право совещательного голоса. Активные партийцы регистрируются в организации, на собраниях имеют право решающего голоса и занимаются основной работой. На мой вопрос, что же это за работа такая, Ольга ответила так:

- Работу каждое отделение ... планирует самостоятельно, исходя из партийных нужд и возможностей членов организации. В предвыборное время это в основном сбор подписей за кандидатов в депутаты от партии и агитация. Кстати, если вы хотите впоследствии баллотироваться в своем городе, то лучше работайте именно в местной организации. Там возможностей больше, в столице это нереально.

Узнав, что я не хочу пока в депутаты, а просто желаю работать, Ольга предложила мне еще один вариант партийной деятельности. Даже если я встала на учет в областном отделении ..., я могу зарегистрироваться в отделении партии в любом районе Москвы и работать. Она предложила телефон Мещанской организации - и ездить мне туда удобно, и люди, дескать, там деятельные.

ШАГ ЧЕТВЕРТЫЙ

Руководителю Мещанской организации ... я позвонила прямо домой. Мне ответил совсем молодой женский голос, представившись Садой. Девушка внимательно меня выслушала, пообещала выяснить, где я зарегистрирована, и сразу же предложила работу. Так что в самое ближайшее время я буду заниматься сбором подписей местного населения за кандидатов в депутаты от ..., получая за каждую подпись 7 рублей. Уже неплохо. А там, глядишь, и областные ... вспомнят о моей активной персоне: вдруг я соберусь баллотироваться?

ПОДПОЛЬНЫЙ РАЙКОМ БЕДЕЙСТВУЕТ

Я три дня пытался вступить в ряды защитников обездоленных и угнетенных, но мои попытки остались безуспешными. Зато я выяснил, что ленинская разветвленная система конспиративных явок жива по сей день.

Получив редакционное задание стать членом этой партии, первым делом я ознакомился с ее сайтом. Там указан номер телефона, набрав который, потенциальные борцы за равенство, счастье и братство должны получить интересующую их информацию о вступлении в ряды нынешних ....

Потратив добрую половину дня я, наконец, сумел прозвониться по заветному номеру. Я ожидал услышать голос потрепанной жизнью, но еще боевой старушки. А ответила на удивление интеллигентная девушка с приятным голосом. “Очень приятно, что вы нам позвонили, но для вступления в ... вам необходимо позвонить в горком дежурному”, - сообщила девушка.

Хриплый дежурный сразу же стал выяснять, кто дал мне этот номер, зачем дали именно этот номер, уверен ли я, что попал именно туда. Перебив его, я сообщил о своем намерении влиться в ряды партии. Дежурный по городу на мгновение замолк, а потом робко осведомился: “А вам сколько лет, молодой человек?” Я честно назвал ему свой пока еще не преклонный возраст.

Справедливо заподозрив провокацию и скептически похмыкивая, дежурный попытался вывести меня на чистую воду: “И зачем вам это надо, молодой человек? А что вы знаете о нашей партии, какие наши периодические издания читаете?” К этому вопросу я был готов, и ответил, мне показалось, так, как того хотел дежурный, то есть по-армейски прямо и сжато: “Сочувствую, знаю много, читал “...”. Смягчившись и узнав административный округ, где я проживаю, старый партиец продиктовал аж два контактных телефона моего окружного комитета.

С работниками на местах разговор в деталях совпадал с “горкомовским”, даже голос - хоть и женский, но все равно похрипывал. Видно, что все наши партийные кадры кует одна крепкая рука. Очередной телефон вывел меня на представителя ячейки почему-то района, соседствующего с моим.

Очень милая бабушка, назвавшись Зоей Константиновной, направила-таки меня по верному пути. Из разговора с доброй партактивисткой я узнал, что просто так меня никто принимать не будет: сначала проведут беседу, после чего мне дадут партийное задание. Ну, а стать настоящим ... я смогу только по рекомендациям двух других членов партии.

Звонить предстояло некоей Ольге Михайловне домой, как мне объяснили, это ее партийное задание. На протяжении двух дней я пытался добиться хоть какого-то признака жизни с того конца провода, но слышал в ответ лишь долгие гудки. Жаль... С учетом такой сложности выхода на первичную ячейку я уже предвкушал захватывающие, тайные встречи с “однопартийцами” где-нибудь в парке и с журналом “Огонек” под мышкой. Но мечты так и остались мечтами. Даже мой отчаянный звонок хриплому горкомовскому дежурному не помог. Партия принимает в свои ряды только на уровне первичных ячеек.
Так я остался беспартийным.

Айдар БУРИБАЕВ
Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте

Новости СМИ2


Киномеханика