Судьба человека

Папа “Ералаша”

Осенью детскому тележурналу “Ералаш” исполняется 30 лет. Накануне юбилея корреспондент “Солидарности” Наталья КОЧЕМИНА встретилась с бессменным художественным руководителем “Ералаша” Борисом ГРАЧЕВСКИМ. Разговор получился и серьезным, и смешным одновременно. Вот Борис Юрьевич рассказывает о проблемах современного детского кино, и вдруг начинает корчить смешные рожицы нашему фотографу. А потом, как ни в чем не бывало, продолжает беседу. То, опять неожиданно, делает суровое лицо, и грозно спрашивает, почему я не смотрю “Ералаш”. Видит мой испуг и довольно потирает руки: “Не бойся, я же хороший актер”. Вот такой он разный и непредсказуемый, этот Грачевский. Но есть в его жизни три постоянные величины: семья, дом и любимый тележурнал “Ералаш”.

ПО ПУТИ В “ЕРАЛАШ”


- Как получилось, что у вас в паспорте стоит место рождения - пансионат?

- Не пансионат, а дом отдыха, где работали мои родители; папа был культработником, а мама - библиотекарем. Они познакомились сразу после войны. Родился я на Арбате, но записали все равно “Дом отдыха”. Мое детство было несколько странным, оно проходило среди огромного количества людей. Я дружил с сыном композитора Мокроусова, писавшего великую русскую музыку; песня выходила, а через неделю ее знала вся страна. Мой папа быстро писал тексты песен на музыку Мокроусова на плакатах, которые называл “караоке”, и весь зал пел их хором. Я ходил на вечера своего отца, он очень интересно работал. Каждое утро по радио звучал “Выходной марш” из фильма “Цирк”, а потом папа объявлял: “Говорит радио дома отдыха “Болшево”. Распорядок сегодняшнего дня. Сегодня будет...” и так далее. Так начинался мой день. В шесть лет я впервые вышел с отцом на сцену. Это был очень эффектный номер, имевший оглушительный успех. Я угадывал мысли на расстоянии - любые. Отдыхающие задумывали известных людей различных профессий: политиков, писателей, композиторов, кого хочешь. Папа мне передавал, и я “угадывал” правильный ответ. Как мы это проделывали, не скажу. Секрет.

- Ваше детство прошло среди людей искусства, а вы пошли учиться на строителя космических ракет...

- Просто в 1964 году я как-то загадочно влюбился в космос, до сих пор не могу понять почему... Нет, понимаю - потому что в 1964 году космонавтов всех знали в лицо и поименно. Поэтому и я пошел в техникум учиться строить ракеты. А через четыре года попал в армию. Где я только не служил, но не очень люблю про это рассказывать... В Праге был в 1968 году. Противно. Я, кстати, потом приезжал в Прагу через много-много лет с концертами, и подумал: “Какой ужас! Посреди Чехословакии - столб “СССР”, стоит дом, слева написано “Дом дружбы” по-чешски и по-русски, а справа написано “Гарнизонный дом офицеров”. Печальное и грустное место. Когда вернулся из армии, уже инвалидом II группы, вдруг в ужасе понял, что прежнее занятие - не мое совершенно. Слишком однообразно.

- Почему же вы сразу не поступили во ВГИК, а окончили вуз гораздо позже, почти одновременно со своим сыном?

- Я пошел работать в искусство, в кино, чтобы знать его изнутри. Оно для меня было самое дорогое и любимое. Я никогда “просто так” не смотрел кино; я всегда знал всех актеров по фамилиям, даже тех, кто играет в эпизодах. Но творцом становиться не думал даже. На студии имени Горького была только вакансия грузчика, и я проработал грузчиком почти восемь месяцев. Потом меня забрал Роу в картину “Варвара Краса - длинная коса”, администратором.
Помнишь тот знаменитый кадр, пугавший всех детей всех поколений: “Должок!”? Страшная рука водяного, которая высовывается и из пруда, и из лоханки с водой - это моя рука. Я так увлекся этим, что до сих пор все фильмы, над которыми работал, смотрю и у меня сжимается горло... И даже жуткий фильм, который сделал великий режиссер, изломанный советской властью, партией и правительством Марк Донской, о том, как Ленин с Крупской познакомились. Я чуть не умер на этой картине, была тяжелейшая работа, но это была работа. Ну а потом был “Ералаш”.

“ЕРАЛАШ” И ЕГО АКТЕРЫ

- “Ералаш” появился 30 лет назад. Сначала Алла Сурикова высказала идею сделать “Фитилек”, типа сатирического журнала “Фитиль”, только для детей. Этим занялись Хмелик и Грачевский. Начали с чистого листа. Правда, сразу отказались от сатирической направленности журнала и от названия “Фитилек”.

Мы решили сделать веселый, прикольный, добрый журнал. Самым первым сюжетом был “Классный Днепр при клевой погоде”. В нем играет Спартак Мишулин, он разговаривает с мальчиком в лифте, спрашивает: “Как дела, Вова?” Тот говорит: “О, классно! Сейчас один фитиль такое отчебучил! Подкатывает к шкету и говорит: дай велик погонять. Сел и почесал. Едет, как брякнется. Он с фингалом, а тут училка...”, ну и так далее. Герой Мишулина спрашивает: “Понятно, а что вы проходите по литературе?” Мальчик отвечает: “Да Гоголя, “Чуден Днепр при тихой погоде...” А Мишулин: “Замечательно. Классный Днепр при клевой погоде...” Вот какой был сюжет. Его написал никому не известный тогда Лион Измайлов. Так мы заявили о себе, начали жить и работать. Трудно было очень. Вы знаете, плохой работник рассказывает о том, что он не сделал, а хороший рассказывает, что он преодолел, чтобы сделать. Это мой главный девиз. Сейчас другие трудности: денег нет. Снова приходится преодолевать.

- Первые актеры “Ералаша”, кто они?

- Во втором “Ералаше” снялся Паша Степанов, кстати, он до сих пор снимается в нашем журнале. Ему принадлежит потрясающая фраза. Журналисты спросили: “Трудно тебе сниматься в кино”? А Паша ответил: “А чего трудного? Один раз было трудно - я тогда отличника играл!” Помню, тогда еще никому не известная Регина Дубовицкая собрала наших маленьких артистов со мной вместе на беседу. Спрашивает одного мальчишку, игравшего в сюжете “Серега, выходи!” Помните, позвали его друзья зимой на прогулку, а он так долго собирался, что вышел только летом. Дубовицкая спросила, о чем он мечтает? А он говорит: “Хочу как Робинзон Крузо: жить на острове один, все-все делать сам. И чтобы там была съемочная группа, и меня снимала”. Это было задолго до известного шоу “Последний герой”. Представляешь, как интересно у мальчика сдвинуто сознание! Я помню всех детей, которые были первыми артистами “Ералаша”. Кто стал артистом, кто нашел другое призвание. А кто-то сел на иглу и умер, кто-то бандитом стал, его убили...

- А взрослые, уже известные артисты? Они сами в “Ералаш” приходили или вы их приглашали?

- Никто сам не приходит. Мы сейчас смотрели “Ералаш № 2”, по которому делаем книжку к тридцатилетию. Там есть такой сюжет “Не надо волноваться”, тоже снятый одним из первых. В нем снимались и Надежда Румянцева, и Сергей Тусузов, замечательный актер театра “Сатиры” и еще масса хороших артистов. Кстати, и Михаил Глузский играл во втором выпуске. А через 25 лет, уже перед самой смертью, Глузский еще раз снялся в “Ералаше”.

Блистательный человек, я всегда счастлив, вспоминая, что общался с ним. Милляр тоже снимался. Помню, мы сняли Милляра в одном сюжете про тимуровцев, и была бредовая идея, чтобы Милляр играл и бабушку, и дедушку.

Очень смешно: бабушка была такая старенькая лесбиянка, а дедушка - голубенький. Жуткая история, но мы ее выбросили. У нас часто так бывает: не получается, не нравится - выбрасываем. Очень много переделываем и доснимаем. Здесь плана не хватило, здесь точки, тут поворота, там драматургии. Если я вижу, что можно сделать лучше, надо идти и делать, бегом! Если я поленился или пожалел “бабок”, то сюжет навсегда останется некачественным.

- Мне всегда нравился сюжет, где Геннадий Хазанов играет учителя в итальянской школе...

- Это старенькое все. Ну что с Хазановым... Ты посмотри, какие сейчас сюжеты. Ты не видела в тюрьме сюжет? А стриптиз в “Ералаше” ты видела? Там училка раздевается перед мальчиками. Что сидишь, улыбаешься, ты же не видела ни хрена! А как девки заигрывают с Галкиным, видела? Ну, слава Богу, хоть что-то смотрела...

“АРТИСТ ДОЛЖЕН ЗНАТЬ СВОЕ МЕСТО...”

- В “Ералаше” играют дети. Каким должен быть ребенок, чтобы стать героем, актером “Ералаша”?

- Он должен мне понравиться. Я там как Карабас-Барабас. А если серьезно, ребенок должен обладать хорошими актерскими способностями и яркой внешностью. Это в Саше Лойе идеально сочеталось. А вырос - испортился и стал противным клоуном. Это все “звездная болезнь”. Я в этом смысле жесток. Дети должны быть детьми. Я сам могу их выдвинуть, а могу и убрать. Бывает, приходят ко мне родители, говорят: “Мой ребенок звезда?” - “Да, звезда”, - отвечаю. “А чего он так мало снимается?” или “А что ему платят за главную роль как всем?” Но ребенка сделал звездой я, и мне решать, сколько платить и где его снимать. А если начинаются такие претензии, тогда я говорю: “До свидания”.

- Жесткая позиция...

- А почему я должен быть мягкотелым?! Еще не хватало! Актер должен знать свое место и работать. Актер должен играть, а режиссер - думать, как тот будет играть. Если они станут вместе думать, то это сумасшедший дом. А ребенок должен вообще заткнуться и делать, что ему положено. Не хватало, чтобы ребенок что-то начал предлагать!

- В 90-х годах, когда был наплыв “новых русских”, не водили, не просили: снимите моего талантливого, я вам денег дам?

- А мне что? Я и сейчас снимаю за деньги. Оплати кинопроцесс, я сниму твоего ребенка. Иногда я просто отдаю кассету с отснятым сюжетом, для домашнего, так сказать, просмотра. Бывает, что у “платного” ребенка открывается огромный талант, и тогда мы его снимаем уже бесплатно. Для меня дороже всего результат, на который работает вся команда “Ералаша”. Мы с вами сейчас разговариваем, а там идет монтаж нового сюжета, который снял молодой режиссер. Мы все волнуемся, что получилось.

- Не раскроете тайну, о чем этот сюжет?

- Он очень смешной. Плывут в лодке мальчик и девочка. Девочка гребет. Мальчик смотрит на карту, на компас. Девочка говорит: “Какой ты умный. Я бы в жизни не смогла ориентироваться по карте и вот по этому, как его, азимуту. Какой ты молодец!” Мальчик ей отвечает: “А ты греби-греби, скоро уже наша деревня “Пеньки”. А потом падает в воду. Девочка за ним прыгает, вытаскивает его и говорит: “Спасибо тебе, Коля!” - “За что?” - “Я ведь и плавать не умела!”

СТРОГИЙ И ПОСТОЯННЫЙ ГРАЧЕВСКИЙ

- У вас взрослые сын и дочь. Они часто снимались в “Ералаше”?

- Дочка играла один раз, сын на заднем плане бегал. Кстати, дочь некоторое время работала в команде “Ералаша”. Поначалу она закончила ВГИК, но стала маникюршей. И ей это нравилось. Я ей объяснил, что если ей нравятся “бабки”, то много “бабок” маникюрша заработать не может, и взял к себе. Но полгода назад уволил за неуважение к руководителю - вся команда меня слушает, только не дочь. Сейчас она работает самостоятельно, руководит турагентствем, и я этому очень рад.

- Да, о Грачевском пишут, что он строгий отец, но человек во всех отношениях постоянный, и в личной жизни и в работе...

- А чего ты засмеялась? Да, я давно женат и не развожусь. Ну не знаю, наверное, я такой человек. Вот мой папа в 45 лет женился на молоденькой, и прожил еще 25 абсолютно счастливых лет! А у меня, наверное, другой характер. Вот номер телефона мой - ему 30 лет. Адресу тоже 30, только стало три квартиры вместо одной. На студии Горького я работал 36 лет, только-только уволился. А насчет строгости... Я своих детей очень люблю. И сына и дочку. Сыну 31 год, он президент крупной компании. Работает круглые сутки, напряжение сумасшедшее. А дочь... Я не хотел, чтобы она здесь работала. Хотел, чтобы она прошла какой-то курс молодого бойца, добилась чего-то. А потом я ей все отдам, не в гроб же я это все с собой возьму! Мне страшно, что сейчас я не вижу никого, кто мог бы вместо меня руководить “Ералашем”, держать людей вместе. Наверное, такого я еще не обучил. Но я надеюсь, ведь у меня очень много учеников, но я учу только тех, у кого горят глаза, кто постоянно задает вопросы: “А как? А когда? А что?” Я не знаю, как подбираю актеров. Просто где-то внутри щелкнет “взять, не брать, выбросить, переделать”. Надо чувствовать людей... Но своим детям мне это передать не удалось.

КАКИМ ДОЛЖНО БЫТЬ КИНО

- В последнее время новые сюжеты для детей можно увидеть только в “Ералаше”. Что же случилось с российским детским кино, неужели новых фильмов совсем не выпускают?

- Сейчас происходит что-то ужасное. Телевидение в детском кино не заинтересовано, потому что во время детского фильма запрещена реклама. А без нее инициировать фильмы никто не хочет. Значит, остается надеятся только на Министерство культуры. Вот сейчас называют детским фильмом “Спартак и Калашников”, но это не детское кино. Это кино о беспризорниках и об их проблемах. Детское кино - это про то, как двое мальчишек договорились поймать жулика, а жулик удрал. Какое-нибудь наше кино про Гарри Поттера, чтобы оказалось, что у него палец волшебный, и все, к чему он притронется, превращается во что-нибудь. Поэтому я хочу снимать “Морозко”, сказку русскую, чистую, прямую. Мне не нужен “Ночной дозор”. Это не русское кино. Бедный Лукьяненко должен был повеситься от такого кино - героев нет, характеров нет. Хотя, я говорю “плохое кино”, а молодежь говорит “классное”.

- Молодежь предпочитает голливудские фильмы.

- То же самое. Вспомните краткое содержание “Людей в черном” или “Матрицы”: там есть только трюки и удары по морде. Трагедия еще в том, что многие деятели пришли в кино из рекламы. Они не понимают, что такое сюжет, развитие характера, драматургия, что диалог должен иметь смысловую нагрузку. “Здравствуйте. Проходите, садитесь”, - это один разговор, а “Чего ты приперся, козел?” - это другое, сразу характер появился. “Я тебе дам щас интервью, вали отсюда!” - это еще один характер. Чего ты так напугалась? Я ж хороший артист! Вот сейчас начинаю сниматься в сериале.

- И что это за проект?

- Не скажу. Я играю в двух сериях главную роль, смешную роль киномагната. Но я ж не магнат, бросьте, ребята, я только на своей полке магнат. Кстати, кинематографисты к нам, снимающим “Ералаш” относятся так себе. Мол, фигней какой-то страдают. Но эту “фигню” все знают и помнят. Потому что я люблю своих зрителей, и я счастлив, что люди меня видят и улыбаются. Однажды подъезжаем с женой к милиции паспорта менять. Она говорит: “Там шлагбаум, тебя не пустят, оставь машину”. А я подхожу и говорю охраннику: “Ты что, меня не пустишь?” Он заулыбался, узнал и открыл шлагбаум. Вот и вся история. Ко мне подходят пожилые люди и говорят: “Мне много лет, а я смотрю “Ералаш”, наверное, что-то не так?” А я говорю: “Да бросьте вы, все правильно. Кто вам сказал, что для шутки важен возраст?!”

- А каким вы видите будущее “Ералаша”?

- Потрясающее будущее! Офигенное! Смешное, классное кино. И я еще лучше придумаю. Пока я есть, “Ералаш” будет в порядке, выкручусь. У меня такой странный характер; я почему-то точно знаю, что нужно современному ребенку. Я читаю чужие мысли, знаю чужие секреты. У меня вообще планов громадье! Но это уже другое, не относящееся к “Ералашу”... Я хочу снять совершенно грустный фильм о любви, совсем взрослый...
Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте

Новости СМИ2


Киномеханика