Уроки истории

Шахтеры против консерваторов

О британских угольных стачках 1970-х и 1980-х


13 ноября 1973 года британские горняки отказом от сверхурочных работ повергли страну в хаос, поставив ее в ситуацию серьезного энергетического кризиса. Эта дата - повод поговорить о довольно жестком противостоянии шахтеров и власти в 1970-е и 1980-е годы, о борьбе, которая продолжила традиции угольных стачек двадцатых годов (о них мы уже рассказывали на страницах “Солидарности”).

В № 27 (2012) “Солидарность” писала о британских угольных стачках “ревущих двадцатых”, когда шахтерам удалось фактически перевернуть страну с ног на голову всеобщей стачкой 1926 года. Тогда их борьба окончилась поражением. Вновь шахтеры подняли голову полвека спустя - как и в двадцатые, борьба эта знала и победы, и поражения. Профсоюзу горняков удалось в это время не только добиться резкого повышения зарплат для своих членов - но даже сменить правительство в стране. Однако, в конце концов, движение горняков оказалось наголову разбито в 1985 году...

Для начала, впрочем, надо взглянуть, “откуда есть пошла” новая волна шахтерских протестов, затмившая даже двадцатые.

УТВЕРЖДЕНИЕ КОНСЕРВАТИЗМА

Британская политическая жизнь после Второй мировой войны напоминала маятник, качавшийся то “влево”, то “вправо”. Что, в общем-то, немудрено.

Из войны Британия вышла победительницей - но слишком уж дорогой ценой. Экономика страны от непомерных расходов на “оборонку” фактически была подорвана. Британскому правительству пришлось брать миллиардные займы у США и даже у собственного доминиона - Канады. Разгребать “авгиевы конюшни” кризиса пришлось правительству лейбористов - поскольку консерваторов, остававшихся в большинстве у власти во время войны, смели первые же выборы мирного времени.

Лейбористы, чтобы вывести страну из депрессии, начали национализацию экономики - рецепт, уже опробованный в Британии в годы Первой мировой. Конечно, делалось это не большевистскими темпами - но все-таки жизненно важные отрасли экономики страны оказываются в конце сороковых - начале пятидесятых под контролем государства. Угольная промышленность также подверглась частичной национализации.

Власть взяла курс на “государство всеобщего благоденствия” и полную занятость населения. Правда, британцев при этом поставили перед необходимостью умерить потребительские аппетиты - под контроль, в частности, был взят ввоз импортных товаров. Как показала история, британцы от такой политики скоро устали - и к середине пятидесятых “правые” получили в парламенте большинство.

Вновь у кормила лейбористы оказались в 1964 году - но продержались на сей раз всего шесть лет. Экономика вновь поползла вниз, зато все большими темпами росла инфляция; в это время была окончательно похоронена Британская империя, что вызвало отторжение у части “правых”. При этом правительство поддержало американцев во Вьетнаме, а это, в свою очередь, не могло не возмутить “леваков”... Внешний долг страны между тем по-прежнему оставался огромен, и правительству пришлось пойти на “затягивание поясов” в социальной сфере. В итоге на выборах 1970 года консерваторы получили большой перевес.

Новое правительство во главе с Эдвардом Хитом вновь ослабило рычаги государственного влияния на экономику, вскоре получив в ответ на это рост безработицы. Параллельно консерваторы активно пытались ввести Британию в европейское экономическое пространство - только вот эффект от этих попыток на кошельке простого британца сказался весьма негативно. Так, цены на продовольствие в стране, чтобы выровнять их с континентальными, пришлось серьезно повышать - в том числе введением очередных пошлин. Параллельно, чтобы справиться с инфляцией, консерваторы ограничили рост заработной платы в стране...

По уровню влияния тред-юнионов Британия в то время оставалась в европейских лидерах: в профсоюзах тогда состоял, пожалуй, каждый второй работающий британец... Немудрено, что на фоне непопулярной экономической политики именно по профсоюзам был почти сразу нанесен жестокий удар - “Акт об отношениях в промышленности” 1971 года. Отныне профсоюзам требовалась обязательная регистрация, незарегистрированные же союзы, фактически, оказывались вне законодательного поля. Кроме того акт запрещал проводить стачки солидарности.

НЕТ БЕНЗИНА - И УГЛЯ НЕ БУДЕТ!

Но ограничения на деятельность профсоюзов не помогли. Зимой 1972 года с требованием повысить зарплаты на 43% вышли горняки. Со времени поражения 1926 года (см. “Солидарность” № 26, 2012) это было первое серьезное выступление шахтеров.

Забастовка началась 9 января. В Уэльсе, важнейшем центре угледобычи, закрылось 135 шахт - как государственных, так и частных. Демонстранты стали пикетировать электростанции, работающие на угле, докеры в знак поддержки бастующих отказались отгружать уголь - мало того, демонстранты под руководством NUM попытались и вовсе перекрыть перевозку топлива по стране. Дефицит угля вызвал, в свою очередь, недостаток электроэнергии, так что через месяц после начала акции правительству пришлось идти на крайние меры: в целях экономии объявлять в стране чрезвычайное положение и ограничивать работу большинства предприятий тремя днями в неделю. В итоге правительству пришлось пойти на серьезные уступки - и, наконец, шахтерам и руководству удалось сойтись на примерно 20-процентном повышении. Забастовка была прекращена - но осадок остался. Вновь конфликт разгорелся, когда в октябре 1973 года Европу поразил энергетический кризис, который по воздействию на европейские экономики порой сравнивают с Великой депрессией 1929 года.

Началось все с того, что арабские страны - члены ОПЕК решили наказать Запад, оказавший поддержку Израилю в “войне Судного дня” введением нефтяного эмбарго. Само эмбарго Британию затронуло лишь частично - благо консерваторы незадолго до того сократили помощь израильтянам, - и главный удар нефтяного дефицита пришелся по странам континента. Но резкий рост цен на “черное золото” никто не отменял. Соответственно, дорожают и другие энергоносители. Угольщики, памятуя о том, как перебои с углем могут сделать работодателей и чиновников сговорчивее, в очередной раз решили не соглашаться на предложенное им незначительное повышение зарплат - ведь инфляция в стране продолжает расти. В качестве дополнительного аргумента они в этот раз выбирают отказ от сверхурочных работ - такое решение NUM принял 13 ноября 1973 года.

Топлива к тому времени в стране начинает не хватать. В Британию будто бы вернулось военное время: бензин для автовладельцев только по карточкам. А тут еще и электростанции топить нечем... Уже в декабре правительство Хита вновь вынуждено вводить режим чрезвычайной ситуации. Для коммерческих потребителей электроэнергии поставки ее были снова ограничены тремя днями в неделю - чтобы сократить расход остающихся в стране запасов топлива... Соответственно, работники этих предприятий автоматически получали сокращенную рабочую неделю. Меж тем в начале 1974 года шахтеры перешли уже к полномасштабной национальной забастовке.

На этом фоне в стране стартовали очередные выборы, на которых консерваторы ожидаемо проиграли...

КАТАСТРОФА 1985 ГОДА

...Чтобы вернуться к власти в 1979 году, уже с приставкой “нео-” и во главе с “железной леди” Маргарет Тэтчер. Все семидесятые годы для угольной промышленности Великобритании были относительно мирным временем - несмотря даже на постепенное сокращение производства: забастовка 1974 года заставила Национальное угольное бюро в очередной раз серьезно (отдельным категориям - на 25%) увеличить зарплаты шахтеров и прописать им немалые социальные гарантии, в частности, компенсации за профессиональные заболевания.

Но в начале восьмидесятых все изменилось. Во-первых, правительство объявило о прекращении соглашения 1974 года, а во-вторых, неоконсерваторы подготовили проект крайне жесткой рационализации угольной отрасли. Закрытию подлежало 20 разработок, а под сокращение подпадало, соответственно, около 20 тысяч рабочих мест - всего нерентабельными было признано больше 10% разработок. Между тем во многих небольших городках шахты были основными источниками работы для населения. Не напоминает наши моногорода? План закрытия шахт был оглашен в марте - а в апреле шахтеры начали бастовать. Так начался самый масштабный трудовой протест в британской истории.

Демонстранты выставили около 5 тысяч пикетов по всей стране, пытаясь противодействовать перевозке топлива и работе штрейкбрехеров - но столкнулись с крайне жестким противодействием со стороны полиции. За время забастовки было арестовано свыше 10 тысяч человек; говорят, правительство привлекло к подавлению протестов даже армию - во избежание излишнего шума, впрочем, переодев солдат в полицейских.

Столкновения пикетирующих по всей стране забастовщиков с полицией были подчас весьма жестоки. Примером тому может случить инцидент, произошедший 18 июня 1984 года возле Оргривского коксового завода у города Ротерхэм, получивший говорящее название “Оргривская битва”. Пикетчики, пытавшиеся помешать штрейкбрехерам отгружать кокс, были жестоко избиты конными полицейскими - несколько человек получило серьезные травмы.

Были и жертвы: слишком велик был накал страстей. Так, 20 ноября того же года был убит Дэвид Уилки, таксист, подвозивший на работу шахтера, не участвовавшего в забастовке: в стекло его кэба бросили кусок бетона. Забастовка унесла и другие жизни - всего около 10 человек.

Борьба, в сущности, приобрела уже не только экономический, но и символический характер. Кто победит в неравном споре - жесткая антипрофсоюзница Тэтчер, объявившая забастовщиков “внутренним врагом”, или сильнейший профсоюз Британии?

Ожесточенное противостояние зашло в тупик.

Тэтчер умела учиться на ошибках своих предшественников: памятуя о том, как топливный кризис свалил правительство Хита, и понимая, что без забастовки дело на сей раз вряд ли обойдется, она заранее обеспечила угольные запасы на случай протестов. Поэтому как ни старались забастовщики парализовать работу электростанций, у них это в полной мере не вышло. Кроме того, руководители NUM допустили стратегическую ошибку, не проведя единого голосования перед объявлением забастовки. В итоге на части шахт акцию решили не поддерживать.

Итог акции оказался обескураживающим - продержавшись почти год, невиданное доселе время, 3 марта 1985 года шахтеры вернулись в забои, не получив ничего. По авторитету NUM был нанесен сокрушительный удар. Как тут обойтись без отсылок к уже описанной нами в свое время - и закончившейся таким же поражением - забастовке 1926 года? Итог был такой же - сокращение добычи и резкое ухудшение состояния части шахт из-за года простоя, массовые увольнения... За последующие полтора десятилетия мощности британского углепрома сократились в несколько раз.

События 1984 - 1985 годов до сих пор воспринимаются как крайне важная веха в профсоюзной истории - как пример не только поражения, но и стойкости.

“Тот факт, что спустя столько времени после событий 1984 - 1985 годов все еще есть нужда выставлять забастовку в виде “печальной и поучительной истории”, а ее лидеров - как пример “напрасного самообмана”, говорит нам о ценности стоического самопожертвования горняков и о потенциальной силе радикального профсоюзного движения”, - писал по этому поводу британский журналист-левак Шеймас Милн. И мы с этим согласны.

Александр ЦВЕТКОВ

Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте

vladimir
20:28 от 09.11.2012
KAIP DABAR VILNIUJE SU TRANSPORTININKU STREIKU-KAS KALTAS?
Новости СМИ2


Киномеханика