Здравоохранение

Вот такие пироги...

Зурабов отчитался перед медиками о реализации нацпроекта “Здоровье”

Национальный проект “Здоровье”, какова от него польза и каковы проблемы в реализации - актуальная тема в здравоохранении. Не стали исключением и дебаты на VI Всероссийском Пироговском съезде: 28 и 29 сентября более тысячи делегатов обсуждали самую крупную за последние десятилетия реформу здравоохранения. Пироговский съезд - высший профессиональный форум страны, ведущий свою историю с 1885 года. В этом году он прошел под девизом “Врач - Пациент - Общество”, организаторы - Российская медицинская ассоциация и Минздравсоцразвития РФ при поддержке от группы компаний “ПРОТЕК”.

У врачебного сообщества - масса поводов пообщаться. Но основная тема, как ни крути, - подведение предварительных итогов приоритетного национального проекта “Здоровье”, и поэтому все ждали доклада министра здравоохранения и соцразвития РФ Михаила Зурабова.

О ТАБЛЕТКАХ И ЧУДЕСАХ

Наконец, после всех приветственных “минимальная ставка врача должна быть 10 - 12 тысяч рублей”, на трибуну вышел Михаил Зурабов. Речь свою он начал с образного сравнения. Дескать, с экрана телевизора часто рекламируют чудо-лекарства: съешь таблетку - и все болезни пройдут. Вот так и многие из поступавших предложений по поводу реформирования здравоохранения, как считает Зурабов, - тоже своего рода реклама волшебной таблетки; реалистичные же предложения - вошли в нацпроект “Здоровье”. В качестве примера одной из таких “таблеток” он назвал следующее предложение: чтобы субъекты федерации увеличили страховые выплаты за медобслуживание неработающих граждан. “А какой у них мотив?” - спросил министр, имея в виду регионы. Действительно, какой уж тут может быть мотив - платить больше... Тем более что в случаях задержки выделения денег из фондов обязательного медицинского страхования обязанность погасить возникшую кредиторскую задолженность в лечебных учреждениях возлагается на них же, на регионы, пояснил министр.

Но вернемся к реальности. В 2002 году расходы на здравоохранение (исключая расходы граждан) составили 390 млрд. рублей, в 2003-м - 469 млрд. В этом году они, по всем оценкам, должны достигнуть 840 - 850 млрд. рублей. По примерным расчетам, к 2008 году расходы на здравоохранение возрастут до триллиона рублей. Это колоссальная сумма денег, сказал министр, особенно в сравнении с 15 млрд., выделенными на этот год президентом на жилье военнослужащим. Казалось бы, зарплаты врачей при таком финансировании должны вырасти в несколько раз. Но этого не происходит. Почему?

УВЕЛИЧЕНИЯ ЗАРПЛАТ НЕ БУДЕТ

По словам Зурабова, ожидать серьезного увеличения заработной платы медикам не стоит. В стране 14,5 млн. бюджетников, а с учетом гражданского персонала войск и военных пенсионеров - и все 16,5 млн. Зарплата медиков привязана к единой тарифной сетке. И если государство повышает оклады работникам здравоохранения, то нужно повышать оклады и остальным бюджетникам, а это нереально, считает министр.

По статистике, которую привел Зурабов, в стране 664 тысячи медиков. Ежегодно медицинские учебные заведения выпускают по 21 тысяче специалистов. Если каждый из них будет работать в среднем по 30 - 32 года, то для того, чтобы через три десятилетия у нас осталось то же количество врачей, нужно, чтобы все выпускники шли работать по специальности. “А каков сейчас процент закрепления медиков?” - задал Зурабов риторический вопрос залу. Сам же и ответил: далеко не все выпускники идут работать по специальности - слишком маленькие зарплаты. И далее рассказал о попытке разорвать этот замкнутый круг.

НЕ ЗАБРАЛИ СВОИ ДЕНЬГИ

Стимулирующие добавки первичному звену были каким-то частичным выходом - позволили поднять зарплату медикам без изменения ЕТС. За год на эти цели государство выделило около 18 млрд. рублей. “Нужно было укрепить кадровый потенциал, и мы ввели госзадание, дополнительное соглашение, действующее в течение одного года. Мы выбрали такую форму, потому что применительно к участкам могли ввести определенную нагрузку”, - пояснял министр.

С тем, что незаслуженно обидели узких специалистов, он не согласился, заявив, что на проведение дополнительной диспансеризации силами специалистов выделено было примерно столько же денег: “Их надо было просто получить - заработать. А сколько из них освоено?” Выяснилось, что чуть больше миллиарда...

О САМОМ ДЕШЕВОМ ЗДРАВООХРАНЕНИИ

- Нынешняя модель здравоохранения - самая дешевая, - продолжил свой доклад Михаил Зурабов. - Другой такой не придумаешь. И мотива ее менять нет. У кого есть мотив это делать? У пациента? А кто его слушает? Государство создало сеть. А качество сети, словами Жванецкого, его “волнует, но не тревожит”.

Последовали неутешительные цифры. Объем софинансирования здравоохранения пациентом уже официально равен средствам ФОМС. И, следовательно, бесплатной медицины давно не существует. Здравоохранение расслоилось: есть здравоохранение для богатых, и есть здравоохранение для бедных. Именно “здравоохранение для бедных” - одна из причин, по которой люди не хотят обращаться к врачам. Большинство опасных для жизни патологий возникают в возрасте 35 - 50 лет. Россияне же, “не любящие врачей”, приходят в больницу, когда болезнь запущена. В результате - высокая смертность среди трудоспособного населения.

И с инвестициями в эту отрасль никто не пойдет, но все равно можно что-то исправить, попытаться укрепить то, что есть, продолжил Зурабов. “Здоровье”, по его мнению, - это попытка построить массовое качественное здравоохранение. А дополнительная диспансеризация - только первый шаг. Она может дать картину по структуре заболеваемости населения, выяснить основные причины смертности и раскрыть многим, считавшим себя здоровыми, людям глаза на правду: им надо пройти курс лечения.

РОДОВЫЙ СЕРТИФИКАТ

По словам министра, правительственные меры по повышению рождаемости - меры скорее вынужденные. Все понимают, что обещание большого денежного пособия повысит рождаемость в первую очередь в неблагополучных семьях. Так что надо, говорит министр, одновременно развивать систему передачи детей в замещенные семьи. И все же, по всем расчетам, Россия находится на “демографическом гребне”, а к 2012 году рождаемость снова упадет. Еще одна мера по повышению рождаемости - с 2007 года будет увеличено финансирование родового сертификата. Сумма, отведенная на родовспоможение, будет увеличена с 5 до 6 тысяч рублей, сумма, отведенная на женскую консультацию, - с 2 до 3 тысяч. Кроме того, теперь сертификат дополнят третьим талоном. Он будет состоять из двух купонов, на тысячу рублей каждый. Эти купоны молодая мать сможет отдать в выбранную ей детскую поликлинику.

- 10 - 11 тысяч рублей - довольно скромная сумма. Что было бы, если бы платили по 25 тысяч? - продолжал Зурабов. - А была бы полная реструктуризация сети родовспоможения. Впервые у нас деньги пошли за пациентом. Но сеть родовспоможения рассчитана по потребностям 20-летней давности. И если бы сметное финансирование не выступало бы в роли “подушки”, то незаполненная часть сети просто не смогла бы выжить. Но пока мы не готовы к новым организационным формам...

Но уже просчитываются варианты, по которым родовый сертификат можно будет отдавать в частные клиники.

А как медики могут тратить деньги, полученные по родовым сертификатам? До 60% можно будет направлять на повышение зарплаты сотрудникам. Оставшиеся деньги роддома могут потратить на заказ медицинского оборудования из утвержденного министерством списка, а женские консультации - на приобретение витаминных и железосодержащих препаратов. Несмотря на то, что список оборудования определен, выбор роддому навязываться не будет. Зурабов попросил не повторять ошибок этого года: “При заказе оборудования логика была понятна, но неприемлема - дескать, закажем, все равно ведь не дадут. А потом, когда привезли оборудование, выяснилось, что для него нет ни помещений, ни обслуживающих специалистов”.

МЕДИЦИНСКИЕ ЦЕНТРЫ

Еще одно из направлений нацпроекта - высокотехнологичная медпомощь. Сегодня большинству пациентов приходится ждать плановых операций по полгода и более. И не секрет, что в федеральных медицинских центрах, которые, по идее, должны работать на всю Россию, 80% пациентов - жители Московской и Ленинградской областей. Строительство 35 медцентров в таких городах, как Хабаровск, Красноярск, Иркутск, должно изменить это положение. Предполагается, что в каждом из них будет проводиться по 8 - 10 тысяч операций в год.

“Каждый центр надо будет построить в течение полугода, - обозначил сроки министр. - Со строителями мы все знакомы, но мне не нужны центры через пять лет. Они нужны мне сейчас. И я считаю, что проблемы с кадрами не будет - молодежи-то некуда расти”. Минздрав заинтересован, чтобы регионы участвовали в создании сети высокотехнологичной медпомощи. Но если регион будет пренебрегать своими обязанностями, его полномочия будут забираться на федеральный уровень, заверил Зурабов.

ДАЛЬНЕЙШИЕ РАЗРАБОТКИ

Обозначил глава министерства и дальнейшие направления реформы здравоохранения, нацеленные на снижение уровня смертности. Среди основных причин смертности россиян он назвал четыре: дорожно-транспортные происшествия, химические отравления, сердечно-сосудистые заболевания и качество родовспоможения.

В первую очередь планируется снизить уровень смертности от ДТП - ведь только 4% из попавших в аварию людей погибают на месте, остальные умирают в больницах или при транспортировке. Будут разрабатываться базовые травматологические центры с отделениями реанимации и нейрохирургии. Возможно, средства на их создание и финансирование будут включать в ОСАГО.

Кроме того, для снижения уровня смертности от химических отравлений планируется создать сеть токсикологических лабораторий. А от сердечно-сосудистых заболеваний - сеть центров по малоинвазивной сосудистой хирургии (для проведения малотравматичных операций с использованием чрезсосудистой технологии без наркоза).

Полина САМОЙЛОВА
Фото Николая ФЕДОРОВА

ГОВОРЯТ ДЕЛЕГАТЫ

“Списаны из жизни”

Надежда Осипова - доктор медицинских наук, заслуженный деятель науки РФ, руководитель отделения анестезиологии и реаниматологии Московского научно-исследовательского онкологического института им. П.А. Герцена. На Пироговском съезде уже не в первый раз. Как говорит сама, она “старый врач и старый ученый”, уже более 40 лет занимающийся проблемами острой и хронической боли у онкологических больных:


- У неизлечимых больных - сильные боли. На данный момент эти люди лишены адекватной помощи. Доступность применения сильнодействующих обезболивающих препаратов ограничена по многим причинам.

Во-первых, нужно применение новых лекарственных форм. Сейчас тяжелым больным прописывают уколы, по три-четыре в день. Лечение может продолжаться многие месяцы. От уколов возникает дополнительная боль, осложнения, уколы требуют постоянных вызовов медработников на дом. В то время как давно созданы другие препараты - пластыри, таблетки, подъязычные таблетки. Они не причиняют дополнительной боли и действуют более длительно - от 12 до 72 часов. Так называемые трансдермальные препараты, то есть пластыри с наркотиками, могут действовать до трех суток. Больные могут сами менять пластыри по мере необходимости. Но мы не можем доказать, что необходимо их применение. Нам говорят: дорого. Хотя, если учесть, что возникает гораздо меньше осложнений, не надо тратиться на шприцы, на выезд “скорой помощи” и зарплату людям, делающим инъекции, то применение новых лекарств оправдается.

Вторая проблема - нормативы отпуска лекарств. Недавно эти нормативы были немного увеличены, но все равно остаются чрезмерно низкими. Сейчас 300 тысяч только онкологических больных нуждаются в обезболивании. Не говоря уж о миллионах людей, страдающих заболеваниями суставов и позвоночника. А Роснаркоконтроль ужесточил контроль над “наркотиками”. Врачи стараются выписывать лекарства реже и меньше - замучили постоянные проверки. В итоге состояние помощи тяжелым больным можно охарактеризовать только как неудовлетворительное.
Пациентов просто “списывают из жизни”.

Что же касается национального проекта, то много надежд возлагаю на дополнительную диспансеризацию. Она позволит зафиксировать болезнь в начальных - первой-второй - стадиях заболевания. А это значит, что лечиться будет намного проще и легче. Сейчас же к нам попадают больные на четвертой стадии заболевания... Это совершенно сумасшедшие операции! Но мы их делаем. Делаем, несмотря на то, что иногда шансов у больного практически нет...

Диспансеризация позволит выявлять многие онкологические заболевания на ранних стадиях. Но для действительно эффективной работы нужны прицельные диспансеризации. Нужны программы скрининга - системы раннего обнаружения заболевания. И тут все опять упирается в деньги. Все эти обследования дороги, поэтому вряд ли эти мероприятия осуществимы в ближайшее время.


Реализация нацпроекта в регионе

Зуфар Муртазин - заслуженный врач Республики Башкортостан, кандидат медицинских наук, главный врач республиканской клинической больницы им. Г.Г. Куватова. В медицине уже 19 лет, 4 года был министром здравоохранения Башкирии. На Пироговском съезде второй раз. Сказал, что приводит его сюда желание профессионального общения, он хочет “сверить часы”. В нацпроекте видит в основном положительные стороны:


- Как-то слышал одну фразу: “В России делать реформы страшно. А остановить их еще страшнее”. Не помню, кто это сказал. Думаю, сейчас страшно потерять то, что у нас уже есть. Но какова бы ни была критика в адрес нацпроекта, впервые мы видим реальные дела. Хорошо развивается система фельдшерско-акушерских пунктов. В Башкирии самое большое количество ФАП по России - две с половиной тысячи. Такое большое их количество обусловлено тем, что у нас 40% сельского населения. Дали стимулирующие добавки первичному звену, однако пришлось решать проблему с нормативной нагрузкой. Так как у нас много сел, иногда количество населения в поселке просто не дотягивало до положенного. Разработали понятия сочетанного, комплексного и комбинированного участков, для того чтобы медики могли претендовать на надбавки. Попросту говоря, стали учитывать население не только районного центра, но и прилегающих сел. Ведь все равно всех обслуживают в той же больнице.

Принимают роды по родовым сертификатам. Хотя, конечно, не стоит ожидать колоссального повышения рождаемости. Все-таки это больше зависит от зарплат, от наличия жилья, от того, насколько обеспечивает муж. Тут мало развивать медицину, а нужен комплексный подход. Кроме того, надо не только давать денег больницам за прием родов, но и получать отдачу. Например, лишать денег за материнскую смертность.

На мой взгляд, не совсем правильно рассчитано количество денег, которое нужно выделить на дополнительную диспансеризацию. Нам дают на нее по 500 рублей на человека, а на самом деле мы расходуем по 800. Возникли проблемы с нехваткой оборудования и специалистов для диспансеризации. Оборудование постепенно устанавливается, а врачей приходится “разрывать” между районами. Но при этом я считаю диспансеризацию очень важным шагом. У нас сейчас каждый третий не знает, что он гипертоник, и ему нужно принимать лекарства, понижающие давление. Сейчас примерно 13 - 14% смертей являются внезапными, многие обусловлены как раз сердечно-сосудистыми заболеваниями. И при своевременно выявленном заболевании и должной терапии количество внезапных смертей могло бы стать существенно ниже.

Но самая главная проблема сегодня - в том, что программа госгарантий на 20 - 30% не обеспечена деньгами. А ответственность ложится на медиков.


“Зурабов не слышит врачей”

Людмила Прокофьева - заместитель главного врача по медицинской части в Красногорской больнице № 2 (Московская обл.). Тоже не в первый раз на Пироговском съезде. Считает, что тут можно поговорить о многих наболевших проблемах. О некоторых рассказала и “Солидарности”:


- У нас одна из лучших больниц в области, но мы ощущаем страшную нехватку специалистов. Рядом Москва, которая может предложить более солидные заработные платы. Те добавки, что сейчас дали врачам первичного звена, просто мизерны. Мы можем привлечь специалистов только в возрасте от сорока лет, а молодые идут в частные клиники, где могут получить в 5 - 6 раз больше. Случалось, что к нам приходили выпускницы, а потом, получив первую зарплату, сразу же уходили. При этом они успевали пройти за счет больницы курсы, которые весьма недешево стоят. Обидно. В такие моменты жаль, что при приеме на работу не требуется рекомендательных писем с предыдущего места работы. Люди постарше держатся, но фанатиков не так много, приходится работать за двоих. При зарплатах в 25 - 30 тысяч рублей у нас было бы достаточно хороших специалистов. Но пока об этом остается только мечтать.

Одна из самых важных проблем - время, отведенное на прием больного. Нормативы не менялись с 1933 года! На прием ребенка дали 12 минут, на прием взрослого - 10 минут. В 33-м году этого было достаточно - у медицины не было никаких возможностей: врач послушал трубкой и прописал микстуру. А сейчас он должен за 10 минут поднять историю болезни, опросить больного, заполнить кучу бумаг, выписать направления на обследования, поставить диагноз, выписать лекарства. Это просто невозможно. Тем более что требуется заполнить кучу документации. Почему никто не догадается прокомпьютеризировать рабочие места врачей, чтобы врач ставил галочки в уже существующей форме? Экономилось бы очень много времени и сил.

Вместо этого мы тратим деньги на дорогостоящее и иногда не нужное оборудование. В нашем районе, например, очень много больниц. Наша - одна из лучших по области, госпиталь Вишневского, затем лечебное учреждение в Нахабино и еще три-четыре хорошо оснащенных ведомственных больницы. Зачем в каждое учреждение ставить аппарат для цветной флюорографии, компьютерной томографии и ядерно-магнитного резонанса? Это очень дорого. Для них нет столько специалистов. И это гораздо выше потребностей района. Такое ощущение, что Зурабов просто не слышит медиков. Не нужно заставлять больницу приобретать не нужное ей оборудование, когда можно договориться с соседним учреждением, где пациентов будут принимать по квотам.

Вызывает у меня сомнения и ориентация медицины на семейную практику. На мой взгляд, семейные врачи сегодня скорее фантастика, чем реальность. Чтобы говорить о семейных врачах как о секторе медицины, нужны выпусков десять специалистов, хорошая школа. В медицинских вузах учат по шесть лет, то есть должно пройти шестьдесят лет, прежде чем об этом можно будет говорить серьезно. Кроме того, существует и определенная психологическая проблема: “взрослые” врачи боятся лечить детей. Как правило, эти врачи и не получают достаточных знаний по педиатрии. А срочными курсами эту проблему не решить. И, возможно, потребуется два-три десятилетия, для того чтобы можно было говорить о хорошей специализации семейных докторов.

Лучшее в национальном проекте - это диспансеризация. Можно будет выявить группы риска, социально значимые заболевания. Выявить на ранних стадиях скрытый сахарный диабет, который может давать без лечения очень серьезные осложнения, повышенное давление. Людям старше 30 лет просто необходимо иметь дома тонометр. Ведь человек, узнав о повышенном давлении и вовремя принимая лекарства, может избежать различных сосудистых осложнений, инфарктов и инсультов. Но мало кто это делает, так что дополнительная диспансеризация может помочь снизить смертность от сердечно-сосудистых заболеваний.

При всех дифирамбах обязательному медицинскому страхованию, считаю, что эта система не оправдала себя. Медицина должна быть бюджетной с жестким контролем. Единственная эффективная система - четкая организация и жесткая вертикаль. Доверяй, но проверяй.
Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте

Новости СМИ2


Киномеханика