Top.Mail.Ru
Знаменитость

Писатель “Империи”

Взгляд на мир через прицел фантастики

Ходят слухи, что по книге фантаста Романа ЗЛОТНИКОВА “Империя” Герман ГРЕФ проводил свою реформу. Совершенно точно, что ее внимательно изучал высший командный состав армии. Книги Злотникова рекомендованы к прочтению в некоторых российских университетах. Корреспондент “Солидарности” поговорила с писателем о его жизни, а также узнала прогноз на будущее страны и мира в целом.


“ИМПЕРИЯ”


- Как родились книги серии “Империя” (“Виват император!” и “Армагеддон”)?


- В определенный момент меня настолько достало все, что у нас творится в стране, что я себе сказал: я же фантаст, дай напишу, как со всем этим справиться. Написал. Причем не было никаких шансов на то, что это будет воплощаться в жизнь.


- Но воплотилось?

- Армейская реформа на 80% моя. Это был 2000 или 2001 год, тогда было очень модно рассуждать о профессиональной армии, мне же было совершенно понятно, что армия это то, что создавало СССР, страну. Все наши сегодняшние проблемы с гастарбайтерами потому, что нет системы ассимиляции. Раньше это была школа с пионерской, комсомольской организациями и армия. В армию приходили те самые ничего не знающие узбеки и таджики, и когда они заканчивали служить, они уже прилично говорили по-русски, разбирались в географии и прочее. Армия - это структура, которая собирала, стягивала страну. Мужики возвращались к себе уже гражданами СССР. А потом армию сделали чем-то страшным, сказали, что от нее надо избавиться, и все будет “в шоколаде”. И все, страны не стало. Сначала СССР, потом и России. Американцы, например, с этой проблемой сейчас тоже сталкиваются достаточно серьезно. Они думали, что у них другие структуры, например, бейсбол, но оказалось, что без армии все равно не получается.

Армия должна быть частично профессиональной, потому что для решения локальных задач совершенно не надо посылать 18-летних пацанов. Для них это должен быть лагерь по подготовке мужчин. И, соответственно, резерв на случай глобальной войны, когда все равно всем воевать. Потому что сейчас самый большой дефицит - дефицит мужчин, их у нас не хватает.


- Это из-за того, что они в армии не служат?

- Я скажу так: и из-за этого тоже. Про эту армию, которая существует сейчас, можно сказать много негативного, она эту задачу качественно не делает. Но надо армию превращать не в профессиональную, а в нормальную. То есть, если у тебя плохой молоток, совершенно не обязательно забивать гвозди микроскопом, хотя это круто и высокотехнологично. Надо молоток отремонтировать. Мужской тип поведения, который обязательно включает в себя “отдать родине долг”, сейчас не моден. И на это навешивается все остальное. То есть это не единственная, и даже не самая главная причина.


- А какая самая главная?

- Надо восстанавливать мужской тип поведения. Мужчин у нас сейчас нет. Мужчиной быть некоторым образом стыдно. Брутальным самцом - пожалуйста. Прикольным чуваком - пожалуйста. Но не мужчиной.


- Почему?

- Герберт Уэллс писал в свое время о мире будущего, где люди разделились на две непересекающиеся расы. На самом деле это и происходит. У Уэллса были элои и морлоки. У нас элои брутальны, и они дрессируют морлоков. А что такое дрессура? Это убирание агрессии с поведенческого типа. То есть им нужны послушные морлоки. С такими проще.


- Получается, что сейчас людей делают послушными?

- Да. Законопослушными. Толерантными.


- Это плохо?

- В тех вариантах, которые происходят сейчас, - очень. В этом смысле всякое, даже самое тупое представление о свободе исчезает. Человек становится уже не человеком, а некой дрессированной скотинкой. Как собака Павлова: лампочка зажглась - слюна закапала, пришло время есть. То же самое: август наступил - все из Парижа на южное побережье Франции. Людям внедряют “правильные” типы поведения. При этом если раньше это делали с помощью расстрелов, судов, сословного разделения, то есть кнутом, то сейчас это делается пряником, и гораздо успешнее. Несмотря на все разговоры о демократии, происходит жесткое разделение на тех, кто правит, и тех, кем правят. На пастухов и стадо.


- По всему миру?

- Естественно. Малообразованность рядового американца спрограммирована, внедрена выхолощенным понятием свободы. Ты можешь не учиться, ты и так хорош. Ты можешь не заниматься спортом, потому что ты ценен сам по себе. Уже то, что ты родился - счастье. Ты - целый мир. И если тебя кто-то не ценит, они плохие. И мы их будем гнобить, потому что они не толерантные, закомлексованные, не терпимые. Ты уже идеал. Все. И все твои 148 кг ценны сами по себе. То есть у человека отбирается установка на развитие. И не только в Америке, в очень многих западных странах. Не надо никакого дворянства и крепостных. Сформируй мозги и все: человек будет уверен, что он абсолютно свободен, что он защищен и при этом толерантен, не закомплексован. А индивидуальность свою можно выражать в одежде, в машине, прическе, в пирсинге. Это же просто. Пара взмахов ножниц, и ты изменил свой стиль, ты стал другим человеком. Причем все это делается с точки зрения образцов: вот пример успеха, каким надо быть, чтобы все считали тебя успешным. И люди начинают повторяться. Все просто.


НУЖНЫ КНЯЗЬЯ


- Расскажите про другую книгу - “Время вызова, или Нужны князья, а не тати”.


- Она была написана по просьбе людей, которые задумываются о том, чтобы в стране что-то менялось к лучшему. Ведь страна становится состоятельной, когда у нее появляется состоятельная элита. Мы слово “состоятельный” привыкли употреблять с точки зрения “богатый”, а ведь это очень интересное слово: “со-стоятельный”. То есть некое количество людей, стоящих вместе, занимающихся одним и тем же делом в разных его формах. И, в первую очередь, состоятельный человек - это человек, принадлежащий какой-то идее, деятельности, а не просто срубанию бабла. Я в свое время привел такую аллегорию: представьте себе, что в какой-то местности самая большая ценность - лес. Люди живут глубоко в лесу, ничего у них нет кроме леса. И все его копят. Потом появляется человек, который начинает заниматься ерундой: рубить этот лес, но не ближайший, чтобы побыстрее на задний двор стащить, а прямо, уходя глубже и глубже в тайгу. А потом в какой-то момент транспортировать его становится слишком дорого, и он начинает жечь эту ценность. Сжигает самое дорогое. Его все начинают считать идиотом, и только когда он прорубает дорогу, и они выходят на другой уровень, в другой мир, до всех начинает доходить, что он делал.

Кто были такие князья? Одни - с одних крестьян тянули, другие - с других, третьи - на большой дороге воровали. Но некоторые, что-то накопив, начали тратить на тех же самых крестьян. Дурацкая идея: свое, кровное отдавать. Те, кто свое прятал, - их кубышки находят сейчас на заднем дворе усадьбы XIV века. Они ни копейки не отдали, так эти копейки до сих пор и гниют. А те, кто начал тратить, стали князьями. Мы про них сейчас в учебниках истории читаем. Смысл в том, что у нас сейчас довольно многие стали успешными татями. Надо делать следующий шаг.


- Они делают?

- Многие делают. Не хочу сказать, что подавляющее большинство, но как минимум заметное, еще ломая во многом себя. Сейчас складывается такая ситуация, что пока они занимались своими делами, их дети подросли, а ни на что не способны. Дети не прошли их закалки, у них их мозгов нет. Сейчас у меня есть, допустим, собственность на миллиард. Я еще лет 10 - 20 буду в строю, а дальше? А дальше происходят интересные вещи: приходят ребятки к другу отца, который скончался от инфаркта, и говорят: купи бизнес за полцены, за четверть стоимости. Бизнес - это же забота, нервы, а зачем? Ведь жизнь - прикольная штука. Они думают, что можно заработать на всю оставшуюся жизнь. Сейчас до отцов это начинает доходить, и они требуют внуков: ладно, детей упустили, из них уже ничего путного не выйдет. Мне внук нужен. Я им буду заниматься.


- И книга об этом?

- Это книга о том, какой человек может считаться состоятельным. Некий идеал, пример. Я в первую очередь начал бороться с господствующим трендом в мире, когда ты сам по себе хорош. У меня вообще сформировалось такое убеждение, что человеком нельзя родиться, им можно только стать. Есть ниточка, соединяющая животное и Бога. Внизу - животное, наверху - Бог, а человек - посередине. Для того чтобы просто оставаться на месте, посередине, нужно прилагать усилия. Если не приложишь, то будешь чем-то человекообразным, прикольным, классным, любящим пиво, болеющим за “Спартак” или “Зенит”. Масса живого на земле существует, лопухи, например, растут... Ты можешь прожить более-менее счастливую жизнь, потому что для счастья не слишком много надо. Побурчать на футболистов, выпить пиво и все. Это по образу и подобию? Или у кого-то еще есть иллюзия, что Бог - с ногами и руками и в этом подобие, а не в чем-то другом? Надо же понимать, что такое по образу и подобию. Это не пять пальцев на руке, и не усы, а что-то гораздо более высокое.


- Как писатель-фантаст, какой прогноз даете на будущее?

- Тяжелое будет будущее. Ближайшие лет 12 надо будет постоянно прилагать усилия всей стране, потому что в мире начинаются не очень приятные вещи. Основной провоцирующий фактор - США. Почему у них до сих пор самая эффективная управленческая команда? Они доку съели на управлении кризисами, катастрофами. Они очень хорошо в них себя чувствуют. То есть провоцируют кризис или катастрофу одни, а расплачиваются за это другие.


- То есть Америку вы не жалуете?

- Я ее люблю как страну, которая наглядно показала, как делать не надо. Как мы в 17-м году всему миру показали, как не надо делать. И очень многие не совершили тех ошибок, которые могли бы совершить, если бы не было Октябрьской революции. Америка на данный момент работает неким ледоколом, показывая нам, как не надо.

Проблема не в том, что американцы - “злобные карлики”. Эти ребята работают на свою страну, чисто, спокойно, патриотично. Они хотят, чтобы их страна по-прежнему оставалась на коне, чтобы их граждане жили нормально, не хуже чем сейчас, а если хуже, то все равно лучше, чем остальные. И они способны это сделать. Дальше все зависит только от нас. Несколько тысяч управленцев страну не спасут, какими бы хорошими не были. Должна создаться элита, а ее сейчас нет. Сейчас в лучшем случае - это крестьяне, а в худшем - быдло, и его достаточно много в элите, точнее в том, что играет роль элитного слоя. Задача элиты - не деньги зарабатывать, не воевать, это может делать человек из любого слоя. Ее задача одна - элита создает образцы и правила их применения. Если элита - быдло, значит, образцы быдловаты, и правила их применения такие же. А со страной, в которой модно быть быдлом, можно делать все, что угодно.


- Есть у нас шанс получить нормальную элиту?

- Шанс есть. Россия - страна, которая на протяжении тысячи лет прошла через гигантское количество кризисов. Все потрясатели вселенной, покорители Европы, здесь потоптались. Тучи других стран либо рухнули, либо развалились, либо превратились в тихое, мирное, нейтральное государство. А мы живы и сильны.


- Сильны ли?

- Да.


ПО СТОПАМ ДЕДА


- Кем вы были до того, как стали писателем?


- У меня жизненный путь получился извилистый. Когда учился в школе, был ботаником: мне нравилось учиться. Я был участником большинства школьных олимпиад по физике и математике. А когда учился в последнем, 10 классе, я практически поступил в МИФИ. Что такое в советское время МИФИ - понятно. Получилось это интересно: я учился на телекурсах при МИФИ, и мы каждое воскресенье ездили сдавать зачеты. Видимо, была задача отбирать толковых ребят. И вот ситуация: я, как обычно, самый первый все решил, сдаю, меня друзья уже на улице ждут, и тут мне говорят: ты подожди, когда это все закончится часов в 7 вечера (а было часа 4), мы тебя отведем в одно место, там с тобой поговорят. Я взбесился. Как? Это я три часа тут буду? В итоге меня привели к мужчине, который задал мне с десяток вопросов. На самом деле практически никакого отношения они ни к физике, ни к математике не имели. Один вопрос запомнил, потому что ответил на него наобум со злости: почему в Африке провода толще, чем в Европе? Я, чтобы отстали, сказал: чтобы обезьяны не оборвали. Человек, пришедший сдавать зачет по физике, наверное, должен начать что-то считать, но оказалось, это был правильный ответ! И вот таких вопросов было десять, причем я не знаю, на сколько из них я ответил правильно, а на сколько - просто оригинально. По итогам этого собеседования мне сказали: ты сейчас оканчиваешь школу и одновременно телекурсы. Дальше берешь документы и идешь в приемную комиссию. Экзамены тебе сдавать не надо, потому что мы тебе засчитаем как приемные итоговые экзамены по телекурсам.

Вообще меня как человека сформировал дед. Он в 1938 году поступил в армию рядовым, в 1940 году после Финской получил сержанта, восемь раз забрасывался в тыл врага, служил в войсках НКВД. Это как раз те НКВД, которые создавали партизанские отряды, подрывали мосты. Закончил войну капитаном, уволился в 80-х годах полковником. Когда ему исполнилось 60 лет, министр среднего машиностроения (это атомная промышленность) ему подарил ружье с дарственной надписью.

И вот я приезжаю веселый и говорю деду: я поступил в МИФИ! А он кладет мне руку на плечо и говорит: знаешь, а я бы хотел, чтобы ты стал офицером. И я уехал в военное училище.

Ко второму курсу я чуть расстроился, решив, что это немножко не мое. Но на третьем курсе к нам пришел новый комбат, майор Романов. Тот самый, которого в Чечне потом взорвали. Романов - для меня второй пример настоящего офицера после деда. Это исключительных и человеческих, и волевых, и командных качеств человек, настоящий офицер. Когда он к нам пришел, я подал рапорт на отчисление. Сказал, что не хочу дальше учиться, не мое. Он мне сказал: я еще никого из вас не знаю, только назначен, подожди недельку, я поговорю по поводу тебя. А у меня кое-какие конфликты были с командирами, нарушения, хотя все больше от молодости, бестолковости, неуемного характера. Я прикинул, что ему могут про меня рассказать: учится хорошо, а со всем остальным плохо. Через неделю он меня вызвал и сказал такую фразу (это был педагогически великолепный ход): пойми, войскам нужны умные офицеры. И все, я забрал рапорт. Доучился. Пошел в спецчасти внутренних войск. А в 1992 году у нас вдруг исчезли враги.


ТРИ СОСТАВЛЯЮЩИХ ФАНТАСТА


- Как вы из офицеров попали в фантасты?


- Во-первых, я всегда очень любил фантастику, любовно собирал библиотеку фантастики года до 2002. Потом времени уже не стало хватать. Когда я ее собирал, у меня не хватало денег, но при этом было масса времени читать, шляться по книжным магазинам, развалам. Года с 2001 - 2002 у меня появились деньги, но совершенно исчезло время читать и шляться по книжным магазинам. Так что теперь я фантастику читаю так: заезжаю в издательство, которое публикует мой очередной роман, и говорю: дайте мне что-нибудь почитать.

Во-вторых, про наше училище говорили: если хочешь стрелять как ковбой, а бегать как лошадь - иди в СВВККУ (Саратовское высшее военное командное Краснознаменное училище ВВ МВД СССР им. Ф.Э. Дзержинского). Дело в том, что в 22 км от училища за пределами Саратова был учебный центр, куда мы ходили раз в месяц на неделю, а в 28 км - стрельбище, и туда мы тоже ходили раз в месяц. Наш изощренный учебный отдел (который мы тогда ругали, а теперь я считаю, что они все правильно делали), планировал, что, допустим, вторую неделю мы идем сначала в учебный центр, там занимаемся неделю, потом пешком возвращаемся обратно. А в последнюю неделю идем на стрельбище, занимаемся три дня, и пешком возвращаемся обратно. Мы все время орали: неужели нельзя совместить?! А в этом был смысл. Мы так насобачились к дальним маршам, марш-броскам и ко всему остальному, что на четвертом курсе за три дня бегом пробежали 125 км - и это был пикничок! Народ, кроме того, что было положено по боевой выкладке, набил вещмешки консервами, хлебом, сгущенкой, супами в пакетиках. В первый день, отмахав 60 км, мы устроили привал: кто-то варит супчик, кто-то сбегал за молочком на ферму в пяти километрах... То есть километраж уже был не важен. В завершение у нас было двустороннее тактическое учение. Три роты одного батальона друг с другом воевали-воевали, да и ушли еще на 15 км в сторону в какие-то непроходимые дебри. Нас потом на трех УАЗиках все училище разыскивало, а мы по лесу бегаем, стреляем холостыми, взрывпакетами швыряемся. Потом все сходимся на полянку, варим суп, обедаем. Спрашиваем: ну что, побежали дальше? Побежали. То есть лошадей из нас таки сделали...

Так вот, поскольку идти эти 22 км было долго и скучно, я курса со второго начал пересказывать, что читал. Курсу к третьему книги кончились, и я начал придумывать. На четвертом курсе я решил признаться, то я уже давно все придумываю. Мне сказали: продолжай, не отвлекайся.

Ну, и третья причина. Я как-то подсчитал, что если делать все, что предписано командиру взвода по уставу: ежедневную чистку оружия и уход за ним, план политвоспитательных занятий, расписание занятий, подготовка к парадам, парковый день, хоздень и так далее, выйдет в сутки 28 часов чистой работы, без сна, приема пищи, и других дел. В общем, очковтирательство полное. Но в армии существует принцип: провел - запиши, не провел - два раза запиши. И я, будучи командиром взвода, чего-то не записал. Меня выдрали по полной. После этого я написал фельетон, о том, что приезжают два проверяющих, а старшина Пилипенко с внешней стороны части вдоль забора подметает листья вместе с солдатами. Они заезжают в часть: на плацу Пилипенко марширует вместе с солдатами, готовится к параду 9 Мая. Поднимаются в роту, а Пилипенко вместе с ротой оружие чистит. Они в полном ужасе выбегают, бегут на какие-то склады и слышат голос Пилипенко, который сдает белье в стирку. Они в полном недоумении прибегают и спрашивают: что у вас творится? Пилипенко отвечает: не успеваем все делать, но у нас студент из МИФИ такую установку придумал: мы с утра роту через нее прогоняем, она разделяется на несколько, и каждая работает по своему плану. А вечером обратно соединяемся.

Через две недели у нас были сборы командиров взводов дивизии. А штаб дивизии - рядом с редакцией журнала “На боевом посту”. Когда шли мимо, думаю, дай зайду в редакцию. Меня встретил дежурный по редакции, спросил какой у меня материал. Я ответил: похоже, что фельетон. Он вызвал майора из отдела “Литературы и критики”. Тот прочитал и сказал: в общем-то ничего, но мы рукописи не берем, только напечатанное. Перепечатывай и приезжай. После таких-то слов я в первый же выходной (который у меня где-то через месяц наступил) привез перепечатанную рукопись. Взяли. В части был шок. Ко мне подходили, и реакция была такая: смотри, напечатали! А с виду-то дурак дураком.

Потом один из наших политработников говорит: я знаю, у них в редакции план: в одном месяце должны опубликовать командира взвода, в другом - начальника штаба батальона и так далее. Ему просто повезло: в план попал. Я сказал: ах так! И накатал еще рассказ. Привез. Взяли. Мне понравилось. Тем более что за это платили гонорары, и неплохие. Я получал 235 рублей как командир взвода, и это были достаточно большие деньги (инженер тогда получал 140 рублей). А за свой рассказ я получил 140 рублей. После чего разохотился и написал еще один рассказ - в этом была моя большая ошибка. Меня вызвал командир полка и сказал: я чувствую, что у тебя много свободного времени... что в твоем подразделении все нормально... Мне хочется в этом убедиться. И нас взяли в оборот. Ротный тогда сказал мне: я тебя прошу, не пиши больше! И я это дело оставил. Как оказалось - не так уж надолго.


Беседовала Юлия РЫЖЕНКОВА


“А”-СПРАВКА

Роман Валерьевич Злотников родился 13 мая 1963 года в городе Сарове (тогда он назывался Арзамас-16). В г. Обнинск переехал в 1966 году. В 1980 году окончил среднюю школу и в том же году поступил в Саратовское высшее военное командное Краснознаменное училище войск МВД СССР. В 1984 году благополучно его окончил, получил две звездочки на погоны и убыл в войска на должность командира взвода. Служил на разных должностях. В 1992 году в связи с сокращением штата перевелся в Обнинский филиал Всероссийского института повышения квалификации (ВИПК) работников МВД РФ в звании капитана.

С 1992 по 2004 год - сотрудник Обнинского филиала ВИПК работников МВД РФ (стрельба, психология). В декабре 2004 вышел на пенсию в звании полковника.
С 1998 года - писатель. Написал около 30 книг, как сольно, так и в соавторстве. Суммарный тираж - больше миллиона экземпляров. Книги выходили в издательствах “Армада (Альфа-книга)”, “Лениздат”, “Эксмо”, “АСТ”, “Олма-пресс”, “Азбука” и “Рипол-классик”.

На Урале и Дальнем Востоке книги серии “Империя” приняты в список литературы, рекомендованной для прочтения.

Женат, двое детей - дочь Ольга 1987 г.р. и сын Иван 1993 г.р.
Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте

Еркен
14:10 от 14.08.2012
Я горд тем, что учился с Романом в одном училище.


Новости СМИ2


Киномеханика