Наш гость

Наука законотворчества

Мы продолжаем серию интервью с депутатами Госдумы РФ - членами межфракционной группы “Солидарность” по взаимодействию с профсоюзным движением. Наш сегодняшний собеседник - Николай БУЛАЕВ, председатель Комитета Государственной думы по образованию и науке (фракция “Единая Россия”).

С РАЗНЫХ ПОЗИЦИЙ


- Николай Иванович, зачем вы вошли в группу “Солидарность”?

- Мое вхождение в группу “Солидарность” - шаг осознанный. Во многом благодаря работе в этой группе я могу слышать разные позиции, на одни и те же проблемы смотреть с разных точек зрения. В том числе с точки зрения ФНПР. Да и в самой группе “Солидарность” представлены депутаты разных фракций. Появляется дополнительная возможность понять глубже, что рационального и что неприемлемого в том или ином законопроекте. И так - по всем законопроектам, которые вносятся на рассмотрение в Госдуму. Все это дает возможность понять, где та самая вещь, которую мы называем истиной.

Многие из вошедших в группу депутатов основывались на том, что “в прежней жизни” они контактировали с профсоюзными организациями. И для них это не возвращение в прошлое, а шаг вперед: появляется возможность контактировать с головной структурой профсоюзов России, где аккумулируются мысли и отраслевых, и первичных, и региональных профорганизаций. Такая комплексная информация из регионов очень важна, особенно если закон не носит публично-скандального характера.

И СНОВА “122-ой”...

- Можно вспомнить 122-ой закон, известный также как закон о монетизации льгот и межбюджетной реформе...

- Я не считаю 122-ой закон скандальным. Он выбивается из общего ряда, потому что это один из немногих законов, которые касаются практически всего населения. Не найти, пожалуй, ни одной группы людей, интересы которой он не затрагивал бы, хотя мало кто это на самом деле понимает. Ему как раз публичности и не хватало, не была использована возможность активной разъяснительной работы, хотя, казалось бы, все только о нем и говорили. Но говорили-то лишь об одной части - о монетизации льгот. А ведь 122-ой закон содержит поправки почти к двумстам действующим законам! О тех поправках мало говорили, но они рассматривались в комитетах, и они не менее значимы для населения, чем нормы о льготах. Очень многие не понимали, что происходит, по одной причине: прочитать этот закон очень сложно. Его можно читать, сравнивая с тем, что было, и одновременно внося то, что предлагается. И уж потом, увидев, что может получиться, сделать вывод - хорошо это или плохо.

- А в этом законе есть какие-то опасности для работников науки и образования?

- Я далек от мысли, что 122-ой закон может удовлетворить нас в полной мере и полностью избавить людей от каких-то негативных последствий. Но и не надо пытаться искать в темной комнате черную кошку, особенно если ее туда и не запускали. Так, большое беспокойство у всех вызывала отмена закона о моратории на приватизацию: все вдруг решили, что теперь начнется повальная приватизация учебных заведений. Ничего подобного - мы просто отменили закон, дублирующий закон об образовании, в статье 39 которого пункт 13 ясно говорит о том, что приватизация образовательных учреждений запрещена. Так может ли начаться приватизация учреждений образования? Может, если мы примем какой-то другой закон, но пока законов, предлагающих подобные нормы, нет. Поэтому приватизация образовательных учреждений как была запрещена, так и осталась.

Или говорят об отмене льгот сельским учителям. Я предлагаю просто открыть закон об образовании и прочесть повнимательней статью 55. Ничего не изменилось ни в объеме предоставляемых льгот, ни в порядке их предоставления! Например, для сельских учителей очень важно сохранение права на льготы по коммунальному обслуживанию, и в законе об образовании эта норма имеется. Это право сегодня отнять нельзя. И есть обязательство региональных властей принять соответствующий нормативный документ, выполняющий то, что записано в федеральном законе. Предлагалось в законе об образовании заменить процедуру сокращения образовательных учреждений, работающих на селе. Нам удалось сохранить старую процедуру, где не просто учитывается мнение населения, но по этому поводу должен быть созван сход, который решает, нужно ли образовательное учреждение или нет, в каком виде оно нужно и на каких условиях будет действовать.

Так что поправки к другим законам, базовым для образования и науки, которые мы разработали вместе с вузовским и научным сообществом и смогли провести в период подготовки законопроекта во втором чтении, - принципиально важные. Норм, которые удалось сохранить, десятки. Есть нормы, которые мы ввели заново, и с ними согласились и правительство, и Дума. Например, очень важная для нас норма - увеличение размера стипендиального фонда, который идет на поддержку малообеспеченных студентов. Раньше на эти цели выделялось 5% стипендиального фонда. Теперь - 25%, в пять раз больше. Сумма весьма существенная, причем деньги начали выделяться не с 1 января будущего года, а уже с 1 сентября. Эти две поправки нам нелегко дались, но они прошли. Это не один десяток миллионов рублей, дополнительно полученных образовательными учреждениями, а те, что важно, имеют право самостоятельно решать, кому, на что и в каком объеме выделять эти деньги.

Зачем же говорить о вещах, которых в законе не было и нет? Почему-то начинают интерпретировать так, что диву даешься: то ли не хотят читать законы, то ли хотят напугать людей ужасами, которых в законе нет... Большинство представителей науки и вузовского образования сейчас отмечают, что между первым и вторым чтениями законопроект изменился кардинальным образом.

- Но ведь не во всем закон удалось улучшить...

- Да, есть потери, никто этого не отрицает. Из закона о высшем послевузовском образовании, например, ушли нормы, которые регулируются бюджетным или налоговым законодательством. Но, на мой взгляд, в этом есть своя логика: налоговые и бюджетные нормы как раз и должны быть в тех документах, которые регулируют налоговое и бюджетное законодательство. Все законы в первую очередь должны проходить проверку на вредность и полезность, но и не в последнюю очередь на то, из каких источников они будут финансироваться. Отменен ряд норм, которые никогда не действовали: то есть раньше мы занимались самообманом, и пора сказать правду. Дело в том, что за последние 10 - 12 лет очень многие законы и поправки к закону об образовании принимались в зависимости от того, как складывалась расстановка политических сил, которые хотели показать свою заботу о населении. Вводили норму, а будет она работать или нет - их не касалось, потом хоть трава не расти.

Вспомним: что было лет пять назад? Задержки зарплат, пенсий, никто и не говорил о том, что зарплату нужно повышать. Мы несколько лет требовали только того, чтоб отдали заработанное, ну хоть чем-нибудь - сапогами, сгущенкой... Теперь мы справедливо требуем, чтобы зарплата была повышена. За последние четыре года мы уже трижды повышали зарплату. Недостаточно, надо больше, надо платить столько, чтобы человек не чувствовал унижения. Это совершенно справедливый подход. Но ведь есть какая-то динамика, есть тенденции, что отрицать бесполезно.

КАК УЧЕСТЬ ИНТЕРЕСЫ ОБЩЕСТВА

- Николай Иванович, федеральным бюджетникам зарплату, по закону, повысят с января, и аналогичное повышение должно произойти в регионах. В связи с этим возникает проблема финансовой поддержки тех регионов, где недостаточная бюджетная обеспеченность...

- Я отметил бы здесь три обстоятельства. Первое - при формировании бюджета эта проблема учитывалась. Второе - в бюджете 2005 года есть резерв. Это специальный резервный фонд, который позволяет правительству принимать решение о выделении дополнительных средств тем регионам, у которых по объективным причинам не получается повысить зарплаты до размеров не ниже федерального. И третье - нужно внимательно посмотреть: в тех регионах, где не могут выполнить обязательства, нет ли того, что мы называем нецелевым использованием средств? Когда регион, собрав налоги, начинает лезть не в свои дела, финансировать то, что не входит в его компетенцию, затевать проекты, которые не являются на сегодня животрепещущими? Ведь главное - это учить, лечить и кормить тех, кто не может себе заработать на кусок хлеба. Это даже нельзя назвать социальной направленностью регионального бюджета - это его главная, основная функция. А на деле приоритеты иногда другие...

- Какие законопроекты, проходящие через комитет и предлагаемые к принятию, вы считаете наиболее важными в эту сессию? Так, многих волнует правовое сопровождение документов, проекты которых уже произвели впечатление на общество (стратегия развития образования в РФ, концепции участия государства в управлении учреждениями образования и науки)...

- Пока таких законов, которые можно было бы назвать круто меняющими ситуацию, в нашем комитете, к счастью, нет. Но в соответствии со стратегией развития образования в РФ, с концепциями участия государства в управлении образованием и наукой, которые разрабатываются в министерстве и затем утверждаются в правительстве, мы ждем довольно большой пакет приоритетных законопроектов. Уже создана комиссия при генсовете нашей партии - ведь важно провести общественную экспертизу предлагаемых законопроектов. Потому что законы, которые затрагивают все население, невозможно рассматривать на заседаниях Госдумы, пока мы не выясним позицию самого вузовского и научного сообщества, общего образования и общества в целом. Главное - не наделать ошибок.

Что касается документов, которые уже широко обсуждаются, они для того и “выданы” в свет, чтобы люди смогли их прочитать и обсудить.

Беседовал Вадим БАРАБАНОВ
Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте

Новости СМИ2


Киномеханика