Эдмон Дантес

Как избирают меру пресечения

Эдмон Дантес
Профактивист со стажем

После задержания подозреваемого на срок до 48 часов по решению дознавателя или следователя приходит черед избрания меры пресечения. При этом должны учитываться тяжесть предполагаемого преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий (ст. 99 УПК РФ).

В соответствии с кодексом, есть пять возможных мер пресечения: подписка о невыезде и надлежащем поведении, личное поручительство, залог, домашний арест и заключение под стражу. На практике же обычно применяются лишь первая и последняя.

Меры пресечения в виде домашнего ареста или заключения под стражу избираются только по решению суда. Ведь речь идет о свободе человека - основной ценности социального государства. Внешне все идеально. А на самом деле? Иной раз профлидеру не помешает представить себя на месте подозреваемого и ощутить всю неповторимость момента: отправят домой или в “комфортабельные номера” СИЗО?

РОЛЬ СЛЕДОВАТЕЛЯ В ПРИНЯТИИ РЕШЕНИЯ

Решение принимает суд. Но ходатайствует о, допустим, заключении под стражу - следователь. И уж если он решит, что, кроме СИЗО, ничто не спасет общество от вас, то можете не сомневаться: суд примет решение, нужное следствию. Большинство судов по мере пресечения - пустая формальность, поэтому если хотите выйти из тюрьмы под подписку или залог, решайте этот вопрос со следователем. Будьте уверены, что “самый гуманный в мире” останется глух к вашим аргументам. Настоящий центр принятия этого решения - следователь, а не судья. Но отпускает домой он, как правило, только тех, кто признавался в преступлении или явился с повинной. А еще лучше - изобличал подельников. Но и это помогает не всегда.

Достаточно следователю лишь предположить, что вы можете скрыться, повлиять на ход расследования или воздействовать на свидетелей, и это почти наверняка суд примет без проверки. А если у вас есть такой магический документ, как загранпаспорт, то ваше намерение скрыться становится “несомненным”.

Как правило, суд по мере пресечения проходит каждые два месяца. И каждый раз следователь обосновывает необходимость оставить вас в тюрьме еще на тот же срок. А потом еще и еще, пока не передаст все дело в суд для рассмотрения по существу.

Частенько в течение очередного “двухмесячника” следователь вами вообще не занимается - у него есть другие дела или он в отпуске. Но по истечении срока вашего содержания под стражей он ходатайствует перед судом, выдумывая новые причины, чтобы оставить меру пресечения без изменения. Любимая фраза в таком случае - “основания для применения данной меры пресечения не изменились и не отпали”. Слыша эти слова, судья не оставляет вам никаких шансов. Ведь не отпали же!

Один из арестантов, обвиняемый по ст. 158 УК РФ (“Кража”), взмолился перед судьей:

- Ваша честь! За четыре месяца, что я нахожусь в СИЗО, следователь появился у меня лишь один раз - забрал мои ботинки на экспертизу, и больше я его не видел!

- То, что к вам не приходил следователь, еще не говорит о том, что он не вел процессуальных действий! - таков был суровый ответ отправляющего правосудие.

В другом случае судья устроил нешуточный нагоняй следователю: “Почему вы медлите с допросами? Почему волокитите с экспертизами? Что конкретно вы сделали за эти два месяца?” Арестант смотрел на судью с удивлением и надеялся уже вечером быть дома. Но чуда не произошло. Показательный концерт в суде закончился очередной “закрывашкой” подозреваемого.

КАК ПОВЛИЯТЬ НА РЕШЕНИЕ СУДЬИ САМОСТОЯТЕЛЬНО

Многие арестанты серьезно готовятся к подобного рода судам - предоставляют документы о том, что имеют работу и постоянное место жительства, семью и престарелых родителей-инвалидов. Тем самым пытаясь обосновать свою позицию: скрываться они не намерены и готовы являться к следователю по первому зову. А также собирают различные положительные характеристики, подтверждая свою законопослушность и добропорядочность.

В одной из камер СИЗО сидел депутат. Явление нечастое. Сокамерник решил воспользоваться случаем и попросил ходатайствовать об изменении ему меры пресечения на подписку о невыезде. “Как ты себе это представляешь?” - вопрошал депутат. “Ты напишешь ходатайство на своем депутатском бланке. Будет круто выглядеть, когда в суде я зачитаю бумагу от депутата!” - “Хорошо. Мне нетрудно. Но учти, документ будет рукописный”. - “Пускай!”

Ходатайство было оформлено. В нем звучало много теплых слов об арестанте, о том, какой он хороший семьянин и что больше никогда не преступит закон. Сокамерник депутата бережно взял “документ”, стараясь не помять. Он возлагал на него нешуточные надежды. Как же? Ведь просит сам депутат! Но… не помогло.

- Судья удивился, увидев эту бумагу, - рассказывал он вечером, вернувшись в камеру. - Потом стал расспрашивать, как она появилась и откуда мы знакомы. Я рассказал. Он с трудом сдержал смех, сказав, что ходатайства от депутатов-сокамерников ему не встречались. Приобщил бумагу к делу и “закрыл” меня еще на два месяца.

А один из профсоюзных лидеров, обвинявшийся в нешуточном коррупционном преступлении, решил в борьбе за свободу пойти другим путем. Понимая тяжесть предъявленного обвинения и тщетность просьб о подписке или залоге, он ходатайствовал об изменении меры пресечения на связанную с лишением свободы - домашний арест с полной изоляцией от общества. В соответствии со ст. 107 УПК РФ. Без прогулок, телефона и интернета. С запрещением входить в квартиру всем, кроме близких родственников. Обосновал это тем, что, будучи ограниченным только своей квартирой, не сможет продолжать преступную деятельность, как того боится следствие. Не сможет повлиять на свидетелей или скрыться - на нем будет браслет. Не будет иметь возможности уничтожить доказательства по делу, так как обыск в квартире уже произведен. И вообще, все отличие от СИЗО лишь в более комфортном физическом существовании - еде, помывке, общении с семьей. Он просил суд обосновать, чем заключение под стражу в данном случае лучше домашнего ареста.

Судья слушала его речь внимательно. В судейской голове явно копошилась какая-то мысль. Возможно, о том, как правильно отказать, в общем-то, в обоснованной просьбе. Судя по решению, мысль так и не пришла.

Ибо решение звучало буднично: “Оставаясь на свободе, обвиняемый может скрыться от органа предварительного следствия, уничтожить доказательства по делу или продолжать заниматься преступной деятельностью”.

- Ваша честь! - вскричал профлидер. - Я же просил не о свободе, а о домашнем аресте с полной изоляцией!

Но “ее честь” уже собрала документы и спешно удалялась к себе в судейские апартаменты.

ОБВИНИТЕЛЬ “ИДЕТ НА ПОВЫШЕНИЕ”

Во время суда по мере пресечения обвиняемый с адвокатом сидят по одну сторону от судьи, а следователь, ходатайствующий о содержании под стражей, и всегда поддерживающий его прокурор - по другую.

В прошлой публикации мы рассказывали о пожилом руководителе из Питера, которого следователь долго вызывал на допрос в Мурманск в качестве свидетеля, а по приезде задержал как подозреваемого. Руководитель откладывал явку к следователю в том числе потому, что не с кем было оставить десятилетнего внука, врученного ему на попечение дочерью, которая долго и трудно разводилась. Об этом он говорил следователю и просил войти в положение. Так вот, чтобы полнее обосновать необходимость применить к руководителю содержание под стражей, прокурор эмоционально заявил в суде: “Ваша честь, чтобы не являться на допросы, обвиняемый взял на иждивение внука! Он готов пойти на все, чтобы скрыться от следствия!” Этот ли аргумент повлиял на судью или другой, но судьбой руководителя стал СИЗО.

Чтобы продлить срок содержания под стражей, следователи порою идут на хитрости. Директора филиала микрофинансовой организации, поименованного телевизионщиками “черным коллектором”, следствие обвиняло в преступлении по ч. 2 ст. 330 УК РФ (“Само- управство”). Дескать, он слишком рьяно выбивал долги из клиентов. Признавать вину директор отказывался, и кто был прав, неизвестно. Но суть в другом.

Статья 330 УК предполагает максимальный срок наказания - пять лет лишения свободы, это за преступление средней тяжести. Для справки: до трех лет - за преступление небольшой тяжести, до пяти - средней, до десяти - за тяжкое, свыше десяти - за особо тяжкое (ст. 15 УК). По ст. 109 УПК, при расследовании преступлений содержание под стражей свыше шести месяцев применимо только в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений.

Шестимесячный срок пребывания коллектора в СИЗО подходил к концу, чему он был рад, так как баланда успела порядком надоесть и хотелось домой. Но не тут-то было. Следствие было в самом разгаре, и в ходе очередного заседания суда по мере пресечения следователь доложил председательствующему, что в преступлении выявились новые обстоятельства. Они позволили вменяемую “черному коллектору” ст. 330 переквалифицировать на ч. 2 ст. 163 УК (“Вымогательство” - до семи лет). А поскольку это преступление относится к тяжким, то срок содержания под стражей нужно продлить. Судья почесал “котелок”, объявил перерыв на две минуты, после чего удовлетворил ходатайство следователя - к изумлению коллектора и ужасу его жены и дочери.

Справедливости ради добавим, что коллектор обжаловал это решение. И произошло чудо - апелляционная инстанция отменила избранную судом меру пресечения, что случается один раз из тысячи, а то и реже. Отрицательные ответы в таких случаях пачками штампуются областными и краевыми судами. Там даже не вникают в суть. А этим решением коллектор был удивлен еще больше, чем продлением срока содержания под стражей, что подтверждает “штучность” данного явления.

Согласно той же ст. 109 УПК, продление срока содержания под стражей после шестимесячной “отсидки” предусматривается только в случае особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения. Следователю же не составит труда обосновать, что ваше дело исключительно сложное, необходимо еще допросить множество свидетелей, провести экспертизы, очные ставки и прочие процессуальные действия. Судья внимательно выслушает его, а также ваши возражения и примет решение в интересах следствия.

Срок содержания под стражей свыше 12 месяцев может быть продлен лишь в исключительных случаях в отношении лиц, обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений, и только верховным судом республики, краевым или областным судом либо судом города федерального значения - до 18 месяцев. Дальнейшее продление не допускается. Хотя, опять же, есть и исключения (ч.ч. 3, 4 ст. 109 и ч. 3 ст. 31 УПК).

*   *   *

Следующая публикация будет посвящена допросу обвиняемого: как допрос должен проводиться и какую тактику следует избрать допрашиваемому.

Читайте нас в Facebook, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте!


Для добавления комментариев вам необходимо авторизоваться
Все авторы
Новости BangaNet